— Это только игра слов. И что, ты планируешь, в дальнейшем, много денег выиграть?
— Да нет, я на другом фронте отыграюсь. Не на финансовом. Мне, вообще, деньги халявные противопоказаны, как и любая другая халява. Можно даже не пробовать.
— Кем противопоказаны?
— Сложный вопрос. Я много раз пытался себе на него ответить. Раньше. Сейчас не пытаюсь. Лет десять последние. Если надо, у меня и так будет то, что нужно. Но не на халяву. Хотя для кого-то другого, если это мне лично не принесёт никакой выгоды, показательное чудо сотворить могу.
— Как это?
Я кивнул в сторону игрового зала:
— У тебя ещё, кажется, фишки остались?
— Одна есть, — Иван порылся в кармане и достал двадцатипятидолларовый кругляшёк. — Я её хотел перед уходом использовать.
— Иди, поставь на 11 чёрное в сектор «Тьер», вон на том столе, где брюнетка симпатичная рулит.
Он улыбнулся, но с места не тронулся.
— Иди, иди. Тебя они всё равно не спасут, а так, «вдруг», повезёт…
Американцу повезло «вдруг» и сразу. Я-то на эти фокусы, в исполнении Александра, ещё в начале девяностых насмотрелся. Теперь вот сам показываю. Когда Иван притащил кучку фишек почти на девятьсот баксов, выражение лица у него было совсем не как у дяди Сэма.
— Выиграл…
— Ну а я что говорил? Тебе сегодня повезло.
Иван поставил фишки двумя стопками на стол, и некоторое время молча смотрел куда-то за моё плечо. Потом поделил фишки пополам и отодвинул одну половину мне.
— Это ты, таким образом, арифметически, вывел моё участие? — я, вдруг, проголодался и насадил на вилку кусок красной рыбы.
Американец пожал плечами:
— Скажи сам, сколько?
— Нисколько. Я же говорю, мне так нельзя. Погоди, прожую… Вот… Я конечно, если бы очень захотел, мог и сам эти деньги выиграть, но тогда были бы нарушены некоторые правила, и в дальнейшем мне пришлось бы жить совсем по другим законам. И всё в угоду эффектности и сиюминутной наживе. Лучше я сегодня проиграю. Поешь…
— Не хочу, — он подозвал официантку и заказал водку. Пока та несла заказ, смотрел в сторону и ничего не говорил. — Ладно, первый вариант — нам просто повезло, — Иван выпил водку и поставил рюмку. — Предположим. Другой вариант — ты мафия, и вы тут все заодно. Может быть. Третий — стечение обстоятельств или, как у вас в России любят говорить — чудо! Хотя, чем этот вариант от первого отличается? А если я сейчас все эти фишки поставлю на одиннадцать?
— Думаю, проиграешь. Хотя, чем чёрт не шутит?
— Кто?
— Это у нас поговорка такая, — я откинулся на спинку стула и засмеялся. — Надо было сразу много ставить. Теперь поезд ушёл…
— Надо было… — сектант почесал переносицу. — Так сколько твоих чипс, сколько моих?
— Я-то тут при чём, ты же играл.
— Нет, я выиграл, а играл ты. Или… Или, наоборот, играл я, а выиграл ты…
Он произнёс эту фразу, и тут до меня дошло: «А парень-то понимает! Врубается американец. Может быть не во всё, но суть уловил…»
— Как ты назвал это… Ну, слово…Халва?
— Халява.
— Странное слово. Ну, так и как, раздъелим?
— Нет, Ванька, — прикольно, по отношению к иностранцу, звучало это уменьшительно-ласкательное русское имя. — Я закон нарушать не хочу. Поеду, пожалуй, спать, — поднялся со стула и протянул руку. — Рад был познакомиться. В русском казино, сделанном по американскому подобию, с американцем, носящим русское имя. Интересный вечер получился. Счастливенько!
Спустился вниз, сел в специальное, бесплатное, белое такси и уехал в Химки. Сегодня наигрался…
Перед сном залез в электронную почту. Разумеется, пришло письмо из Томска. Миклуха, как обычно, жаловался на свою тяжкую долю, рассказывал о том, как его прошедшей ночью атаковали пауки и скелеты, как он спасал верхние слои Шаданакара от всяких мудаков из космоса, как боролся с чёрными силами против инвольтации демоническими существами прелестей нашего мира и города Томска в особенности… Короче, потерял много энергии и завтра пойдёт к парапсихологу подзаряжаться…
Выключил компьютер и упал на кровать.
Город Томск являлся одним из самых «продвинутых» городов мира. Продвинутым, в плане попыток её жителей «проникнуться неизведанным и отведать несъедобное». Даже если допустить, что мне последние пятнадцать-двадцать лет нормальные люди не попадались вообще, потому как я сам не совсем нормальный, всё равно количество парапсихологов, целителей и просто «великих посвящённых» на душу населения здесь било все рекорды. Девиз Томска — «В каждом подъезде по экстрасенсу», жирной прописью торчал над культурным именем города — Сибирские Афины.