Секретарь. — Пригласить?
Федяев. — Ну так, а что делать? Пусть уж заходит, раз пришёл, — и, обращаясь ко мне: — Подожди минут двадцать. Видишь сам…
Я отошёл к окну, секретарь удалилась, а в помещение впорхнула молодая девушка лет семнадцати.
Корреспондент, с порога. — Редакция газеты…
Федяев. — Знаю, знаю. Присаживайтесь.
Корреспондент, — усаживаясь в кресло на другой стороне стола. — Я учусь в университете, на журфаке и сейчас прохожу практику в «А. и Ф.».
Ф. — Ничего, ничего, — переходя на «ты», — чувствуй себя, как дома.
К. — восхищённо оглядывая офис. — Спасибо, я постараюсь.
Ф. — Ну так о чём мы сегодня побеседуем?
К. — Мне дали задание выяснить литературные пристрастия элиты делового мира Москвы.
Ф. — А? Что? Да, хорошая тема. Давай, давай. Я целиком — за.
К. — ободряясь. — Правда? Я надеюсь, наша беседа пройдет в дружеской обстановке.
Ф. — Ну ещё бы, — нажимает кнопку. — Людочка, принесите чаёк, пожалуйста, — вновь поднимая голову на корреспондента. — Итак, с чего мы начнём?
К. — Первый вопрос у меня простой. Кто из писателей вам больше всего импонирует?
Ф. — не поняв. — Чего?
К. — Нравиться, то есть.
Ф. — задумавшись. — Ну… Э… Сейчас. Одну минуточку, пожалуйста. А вот, кстати, и Людочка с чаем. Угощайтесь.
К. — Ой, спасибо, — берёт стакан в серебряном подстаканнике и пирожное. — Ну так, всё-таки, кто?
Ф. — Сейчас, сейчас. Этот… Ч… Фамилия вертится в голове. Этот…
К. — Да вы не волнуйтесь, пожалуйста. Вам, наверное, многие нравятся. Вы кого-нибудь одного назовите.
Ф. — Ага, сейчас, — роясь в ящике стола, — где же она? Я же её специально приготовил. Может, в машине оставил?
К. — Ну так как, вспомнили?
Ф. — Ну где же она? — опять переходя на «Вы». — Извините, как Вас зовут?
К. — Лена.
Ф. — Леночка, значит. Леночки, Людочки, Любоч… Так как же его? — показывает рукой. — Ещё с бородой вот такой.
К. — Ах… Вы любите Льва Толстого?
Ф. — морщась. — Какого ещё Толстого… Толстого я знаю. Что я Толстого что ли не знаю? Нет, не он. Тот ещё в тюрьме сидел.
К. — Ах… Вам нравится Солженицын?
Ф. — А что? Он разве писатель? Да? Нет, Солженицына я тоже знаю. Весёлый мужик. Я так и думал, что он рассказики какие-нибудь пишет. Нет, не он. Хотя, похож.
К. — Тогда кто же?
Ф. — вытирая лоб ладонью. — Я, Леночка, вчера на фуршете в британском посольстве был. Маргарет Тетчер в Москву приезжала. Меня пригласили. Не могли без Федяева начать. Выпили малость. Так что сегодня, извините…
К. — Понимаю, понимаю…. Вы общались с Маргарет Тетчер? Ах, как интересно.
Ф. — Да ничего там нет интересного. Надоели уже. Тетчеры-Метчеры, Буши-Муши, Джексоны-Бексоны разные…Вы не возражаете, если я того… Подлечусь малость, — достаёт из бара бутылку водки и наливает в хрустальный фужер. — Может быть, тоже?
К. — испуганно машет головой. — Нет, что вы, мне нельзя.
Ф. — Ну, да ладно. А я маленько, так сказать, для того, чтобы беседа протекала и т. д., — выпивает залпом, затем садится на место, откидывается на спинку кресла и сидит, не шевелясь.
К. — с участием шевелит бровями. — Ну так, всё-таки, кто?
Ф. — выпрямляясь. — Он ещё, кстати, на Распутина похож с этикетки. Я, правда, эту гадость не пью и вам не советую. Но похож. Честное слово, похож, — заметно приободрившись. — Вчера вот на фуршете у Тетчер допоздна, а затем, по русской традиции, все в баню…
К. — Как, и Тетчер тоже с вами в баню?
Ф. — тупо уставившись на корреспондента. — Тетчер с нами? Да, в общем-то, вроде бы, нет. Хотя… — берёт трубку телефона и набирает номер. — Алло. Федяев говорит. Привет. Слушай, с нами в бане кто вчера был? А Тетчер была? Какая, какая… Маргарет, которая. Из Англии. С чьей головой? Моей? Нормально всё. Ну, это точно? — кладёт трубку на место и облегчённо сообщает. — Нет, не была. Я и думаю, зачем нам Тетчер нужна? Она ведь старая уже. Мы и без неё… Впрочем, это к литературе не относится.
К. — робко. — И всё-таки?
Ф. — Ну, не помню. Хоть убей, не помню.
К. — А о чём он писал? Названия книг, может быть, на ум приходят?
Ф. — Названия? Названия… Я, честно говоря, с середины читать начал. Позавчера. Эх, Леночка, если бы вы знали, сколько дел. Какие уж тут книжки. Мне товарищ один на стол положил. Говорит: «Корреспондент придёт, про литературу спросит, ты прочти на всякий случай». А у меня времени совсем не было. Я в машине открыл да страниц десять прочёл, что успел. Опаздывал очень. Но, честно говоря, понравилось. Сильно написано. Я прямо, вот…
К. — А о чём написано?