— И что, так просто оставили?
— А зачем я им нужен? Группа-то распалась. А. Г. на востоке страны и сейчас общается с «разноцветными цивилизациями». А новую группу создавать я не захотел.
Пару минут наблюдал за перемещениями Даниловича по периметру домашней библиотеки.
— Ни разу за пятнадцать лет пришельцы себя не обозначили?
— Не знаю, — парапсихолог, наконец, уселся на место. — Косвенно, возможно, своё присутствие они, как ты выразился, обозначали. Со мной за это время разное происходило. Позвонил однажды в дверь некий «небесный странник», принёс вот эту самую рамку, пожил в квартире несколько дней и ушёл так же неожиданно, как и появился. Рамкой я теперь пользуюсь. Откуда мне знать, может, его зелёные послали?
— Ты для себя-то вывод уже сделал, кто они эти зелёные?
— Сделал.
— И кто же?
— Я тебе с журналистом Трефеловым знакомил? Вот он до сих пор с полтергейстом дружит. Вроде того, с каким, в своё время, известный психоаналитик Юнг, коллега и соратник Фрейда, общался. Трефелов уверен в том, что это именно представители сего племени нас разыгрывали. Вернее, ему такую информацию тот выдаёт, кто себя полтергейстом называет. Даже на диктофонной плёнке отчётливо слышно, как это существо над нами потешается. Приходилось фиксировать и другие точки зрения. Уфологов, например…
— Кстати, хорошо про уфологов напомнил, — некультурно перебил я старшего товарища. — Перед отъездом я НЛО наблюдал, на расстоянии пятидесяти метров и в присутствии трёх свидетелей. В тот же день, когда взрыв произошёл. Причём, не один объект, а множество.
— Серьёзно?
— Куда уж серьёзнее.
— Значит, плотно за тебя взялись. Зачем-то ты им нужен оказался.
— Кому им? Ты уж выкладывай на чистоту.
Талолаев показал пальцем на пустые рюмки. Я разгадал пантомиму и разлил водку. Выпили. Закусили. Помолчали.
— Я много анализировал случившиеся, — продолжил через несколько мгновений собеседник, — и пришёл к выводу, что всё это вот здесь происходит, — он постучал по голове. — Это неизвестный и необследованный потенциал нашего мозга задачки задаёт. Мы ведь никогда не видели этих зелёных, всё только со слов находящегося под гипнозом ведомого. Он вроде бы наблюдал различные картины, бывал на других планетах, говорил голосом представителей зелёных, так же как другие ведомые говорили голосами голубых, чёрных и прочих. Но всё тоже самое видит любой загипнотизированный человек. В реальности же мы общались с Мишей, Вовой и Васей. И что они там видели, могли судить лишь по информации, которую через них же и получали. Так я тебя сейчас загипнотизирую, ты мне такие легенды поведаешь, бумаги не хватит записывать. Не факт, что всё это, — парапсихолог указал на многочисленные книги вдоль стен, — не в результате воздействия на мозг человека написано.
— Так кто-то же должен эту информацию через гипноз передать, — попытался возмутиться я. — Вам ведь конкретно давали адреса и фамилии тяжелобольных пациентов, от которых врачи отказались, и объясняли, кого и как именно лечить. В гипноз ведомых проводников вы вводили, понятно. Но информацию-то вам кто-то другой передавал. Так?
— А почему ты считаешь, что этот кто-то существует? Почему не сам мозг, под видом инопланетного разума, нас исправно нагружал сведениями? Я же говорю, что человеческий мозг очень мало исследован, и что в нём происходит, никто стопроцентно не знает. Доказательств-то присутствия инопланетян как не было, так и нет, а мозг вот он! — и Данилович запустил пальцы в густые волосы.
— То есть никто из группы никогда пришельцев живьём не видел?
— Никогда. Да они и сами утверждали, что в привычном земном понимании не являются гуманоидами. Скорее, сущностями информационного плана. Бестелесного. Группа несколько месяцев успешно функционировала, многих больных вылечили, а доказательств существования инопланетян, кроме общения с ними через ведомых представлено не было. Глаз их несколько раз просил тарелку летающую прислать, дабы развеять сомнения, но дальше обещаний дело не продвинулось.
— Значит, «тауросовые» из другого семейства. Хотя по разговорам очень на твоих разноцветных похожи.