Здание дозорного пункта — маленькая крепость снаружи, вместительная внутри — стояло на дороге, перекрывая только её, но обойти его справа или слева было невозможно, словно там по-настоящему высилась крепостная стена; Вита точно знала, что она там есть, незримая преграда для людей. И она оказалась в воображении Виты своеобразной гильотиной: при выходе из Преломления девушку встретили свет и яркие краски, а при выходе из крепости — сплошь серость и темнота.
Нарядная Эленайя из детства осталась позади.
— Благодарю вас за всё, командир, — сказала Вита.
Аэнгил взял её за руку и сплёл их пальцы вместе. Тепло его руки и крепкое пожатие действовали успокаивающе.
— Удачной вам дороги и быстрого путешествия, — пожелал Эрмеуш и закрыл дверь. Створка тут же растаяла в каменной кладке стены. Теперь признаками того, что вход должен быть здесь, были дорога и фонари.
— Что бы ни случилось, не отпускай мою руку, — напомнил Аэнгил.
Глава 10
Даже если бы Аэнгил ничего не говорил о том, чтобы не отпускать его, Вита всё равно бы намертво в него вцепилась. Ей казалось, что если она его отпустит, темнота — живая и шелестящая — в мгновение ока разделит и поглотит их. Аэнгил был якорем, удерживающим Виту в реальности.
Магу кромешная темень не стала помехой; он уверенно чеканил шаг, ни разу не сбившись с ритма.
Мало-помалу глаза Виты попривыкли к ночному мраку, и она стала смутно различать дорогу, деревья и небо, чуть-чуть более светлое. Тем не менее, девушка напрочь утратила чувство времени и не могла представить, сколько истекло минут или часов с того момента, как дозорный пункт Ноктура номер семь остался позади.
Усталая, она механически переставляла ноги, но об остановке не смела и думать. Взамен пыталась разобраться в отцовском сообщении, — и более всего её занимали упомянутые «заветные слова».
Что Александр хотел этим сказать? Возможно, в самом тексте сообщения крылся некий шифр… или намёк?.. Но на что?
Вита сосредоточенно перебирала детские воспоминания о жизни в Эленайе, первые месяцы в Зе-Ро, редкие разговоры с матерью об отце, даже истерики, которые закатывала в подростковом возрасте, однако не обнаруживала ничего такого, что, по её мнению, могло бы сойти за пароль. Затем Вита снова обратилась мыслями к сообщению Александра; это было нетрудно — текст неким образом (очевидно, магическим) слово в слово отпечатался в её разуме.
Александр открыл знание того, как противостоять оружию Крадущих, и объявил об этом на всю Эленайю. Если Крадущие Свет знают содержание его магического письма… А они знают, поняла Вита, или подозревают, поэтому преследуют её. Значит, Аэнгил с ними не заодно, и ему можно доверять.
Однако следующая мысль заставила девушку сбиться с шага.
А если он всё-таки с ними? И теперь будет пасти её до дома Бринка, чтобы в нужный момент избавиться от угрозы Крадущим⁈
Вита открыла рот, чтобы в лоб спросить мага о его лояльности, но спохватилась и прикусила язык. Не в тёмном лесу средь ночи задаются такие вопросы, к тому же — подозреваемому.
И девушка мысленно похвалила себя за то, что утаила от него полное содержание отцовского письма.
— Устала? — одними губами прошептал Аэнгил.
Вита угукнула, и он внезапно остановился. Виту мгновенно обуял ужас — до дрожи в коленках. Даже зябко сделалось; ветер с наступлением ночи стал из прохладного холодным и пробирал до костей. Пока Вита шагала, почти не обращала на это внимание, но стоило замедлиться и испугаться…
— Дай мне левую руку, — всё так же тихо попросил Аэнгил, чем-то шурша, и вложил в ладонь Виты что-то маленькое и прямоугольное, слегка липкое. — Разжевывай тщательно.
«Может, он умеет читать мысли и хочет меня отравить?» — подумала Вита, но отважно положила липучку в рот.
Тягучее и вязкое, как карамель, на вкус это вещество было совсем другим — свежим, как ментол, и чуть горьковатым.
Как лекарство. Точно, отрава.
— У этого зелья кратковременное действие. Сейчас мы пойдём очень быстро, — проговорил Аэнгил, пока Вита жевала. — Правила те же — не отпускай меня и не останавливайся. Доверься своим ногам.
Он тоже сунул себе в рот магическую «тянучку» и потянул Виту дальше по дороге.
Зелье начало действовать через минуту: Вита почувствовала, как согревается и наливается кипучей энергией; усталость отступила, ноги сделались лёгкими и пружинистыми — словно и не было многих часов ходьбы!