– И в чем же ты изменил свои планы? – робко спросила она.
– Мне пришлось хранить спокойствие. Я боюсь заставить Ревиса разговориться, не зная, что ты можешь совершить. Раза два Бад и Кал пытались увести тебя, но ты продолжаешь держаться либо около Ревиса, либо около меня, будто должна защитить нас обоих. А может быть, ты хочешь защитить меня от Ревиса, думая, что он способен постоять за себя, а я – нет?
– Я не хочу так сказать… – заговорила Лиа. – Я действительно совершала ужасные глупости?
– Хуже того. Тебе когда-либо приходилось слышать слово «повиноваться»? Может быть, ты решила, что оно означает «поступай иначе»?
Подняв на него глаза, она увидела, как Уэс улыбается.
– Может быть, я еще способна правильно понять его смысл?
– Бад и Кэл так и сказали, только мне кажется, будто у тебя голова из железа. А я меньше всего хочу рисковать твоей красивой головкой.
– Выходит, я поломала твои планы и не дала тебе выяснить, кто этот Танцор? И я, видимо, могла бы поставить твою жизнь под угрозу, не дав тебе возможности защититься?
– Дело обстоит примерно так. – Он принялся за кусок пирога с персиками. – Зато благодаря тебе последние несколько дней прошли занятно. Ты плеснула мне в лицо тесто, ты голой ныряла в мою ванну, ты кричала на меня с таким бешенством, что все интересные части твоего тела пришли в движение. Жаль, у меня нет времени как следует всем этим насладиться, не забивая себе голову мыслями о Ревисе.
Она отвернулась, чтобы скрыть свое пылающее лицо.
– Что же ты теперь собираешься делать?
– Я над этим раздумываю. Я пробовал уговорить юношей унести тебя, но они признались, что стоит только тебе сказать им про пирог с земляникой, и они все сделают по-твоему.
– А если я поклянусь слушаться тебя? Это подействует? – Она рассмеялась.
– Ты поклялась перед пастором подчинятся мне, но эти слова вошли тебе в одно ухо и вылетели в другое.
– Но это очень важно!
– А разве не важно быть моей женой? – бросил он. Лиа не собиралась отвечать на это. Очевидно, скажи она, что их брака не желал сам Уэсли, он не станет ее слушать. А может быть, он вывернется и добьется от нее каких-то добрых слов или же будет просто следить за тем, как прыгают ее «интересные» части тела.
– Я обещаю слушаться и подчиняться. Если твой план хорошо продуман, – согласилась она.
– Этого мало, – ответил Уэсли, облизывая пальцы. – Я требую безусловного подчинения, никак не меньше. Мне все равно, считаешь ли ты мой замысел глупым, опасным или каким-то еще. Либо ты согласишься повиноваться, либо я оставлю тебя в лесу, привязав к дереву.
– Ты не сможешь, – засмеялась Лиа.
– По пробуй проверить. – Глаза его были серьезны.
– Не хочу, – ответила она, волнуясь. – Клянусь повиноваться тебе. Теперь ты мне все скажешь?
Все же Уэсли не очень хотелось раскрывать ей свои планы, и Лиа поняла, что он хотел одного чтобы его убедили при помощи поцелуев. Хотя предыдущей ночью Лиа полностью подчинилась ему, она была с ним робка. Он как бы и был, и не был ее мужем. Уэсли принадлежал ей только до тех пор, пока они скрывались в лесах.
Он пересказал ей свой замысел, и Лиа удивилась. Уэсли обратился к Джастину, Оливеру Старку и Джону Хэммонду с просьбой о помощи. Им предстояло загрузить ценные товары в два фургона Уэсли, и Ре-вис должен был их ограбить.
– Ты будешь красть то, что уже принадлежит тебе, – сказала Лиа.
– Лучше так, чем обокрасть невинную жертву. Надеюсь, когда Ревис поверит, что я настоящий вор, он станет больше доверять мне.
– Уэсли, – попросила она, освободившись из его рук, – а откуда ты знаешь, что у Танцора есть дочь, и как ты узнал про его дом?
– Я этого не знал, а просто догадался. Ревис привык думать, будто женщины его обожают, поэтому я и сыграл на его тщеславии.
– А не слишком ли это было опасно? Что если он тоже тебя проверял?
– У него нет причины меня подозревать, и за ним постоянно следят Бад или Кэл, так что он не мог связаться с Танцором. А теперь перестань беспокоиться и поцелуй меня еще раз.
Позже, когда Лиа раскатывала тесто для пирога, она вспоминала разговор с Уэсом. Как бы он ни хвастался, назавтра ему все же может понадобится помощь. Но как уговорить Уэса, чтобы он взял ее с собой?
Ее затруднения разрешил Ревис. За ужином он сказал, что Лиа поедет с ними, иначе нападения не будет.
– И что мы будем делать с этой чертовой женщиной? – взорвался Уэсли.
– Я ей не доверяю и не оставлю здесь без присмотра. Она слишком часто шныряет здесь по лесу.
– Ну и что? Отпусти ее. Может быть, в фургонах будут еще женщины, и ты сможешь выбрать одну из них. Не сомневаюсь, что одной из них ты приглянешься больше, чем вот этой.
– Поэтому я ее и добиваюсь, – ответил Ревис, глядя на напрягшуюся спину Лии. – Или она пойдет с нами, или нападения не будет.
Не успел Уэсли произнести и слово, как Лиа встала между ними.
– Для всех меня уже объявили воровкой, поэтому я могу пойти с вами и на этот раз. Заодно, может быть, найду себе новое платье.