По роду своей деятельности ему довольно часто приходилось ездить в командировки в Москву. Но он никогда не думал навестить Лелю, посмотреть на сына. Даже если и приходила ему в голову эта мысль, скользнувший по спине холодок как будто предостерегал его от необдуманных поступков. Он хорошо продвигался по карьерной лестнице. Не прошло и двух лет, а он уже работал заместителем начальника отдела. Теперь ему не приходилось клянчить у отца деньги на жизнь. У него был хороший оклад. У Ирки был свой доход от бизнеса. Они жили, практически ни в чем себе не отказывая. Только одна мысль не давала покоя. Все-таки было что-то не так в их отношениях с Иркой. Вроде семья как семья. Ирка была неплохой хозяйкой, позже в доме появилась домработница. Ирка всегда выглядела великолепно, с ним была внимательна и заботлива, да и секс с ней был на высоте. Но временами сквозил между ними какой-то холодок. Что было этому причиной, Борис никак не мог догадаться. Поначалу он думал, что, возможно, Ирка узнала, что у него в Москве была женщина и должен был появиться ребенок, и поэтому ревнует. Но потом понял, что да, знает, но ее это не волнует. Других причин он не видел. Но, когда он видел, как временами Ирка становится словно чужая, ему было не по себе.
Глава 8.
Оля возникла в его жизни через два года, когда Борис уже практически забыл и о ней, и о сыне. Он даже не узнал ее голос в телефонной трубке, когда неожиданно раздался звонок с неизвестного ему номера.
- Здравствуй, Борис.
- Здравствуйте...
- Не узнал? Конечно, прошло два года. Это Оля беспокоит.
- Оля? Здравствуй, Оля. Что звонишь?
- Мне нужно поговорить с тобой.
- Слушаю тебя.
- Нет, не по телефону. Я знаю, что ты бываешь в командировках. Я прошу тебя прийти ко мне, когда ты будешь в Москве. А, кстати, когда это будет?
- Я буду в Москве через два дня. Но, знаешь ли, я женился. У меня жена Ирина.
- Я знаю. Димка Журавлев недавно встретил меня и рассказал кое-что о тебе. Он мне и твой номер телефона дал. Не думай, я на тебя не претендую. Мне нужно поговорить с тобой о Владе.
- А кто это?
- Это наш с тобой сын Владислав.
- Понятно. Хорошо, я постараюсь зайти. Это твой новый номер? Можно на него позвонить?
Да, это мой номер. Я жду твоего приезда к нам.
В трубке раздались гудки отбоя. Озадаченный Борис некоторое время сидел в какой-то прострации. Он убедил себя, что у него есть только Ирина и больше никого. Все в жизни казалось простым и понятным, дальнейшая жизнь понятной на многие годы. И вот снова осложнения. Что нужно Ольге? Не тот она человек, чтобы вмешиваться в их с Иркой жизнь. Он знал Олю как гордую принципиальную девушку и понимал, что только какие-то особенные обстоятельства могли заставить ее позвонить. Но что могло произойти? Гадать было бессмысленно. Звонить Димке тоже не хотелось. Пришлось дожидаться поездки.
Созвонившись с Олей после того, как он разобрался со всеми делами в Москве, он все-таки решил поехать к ней. Когда он подходил к знакомому дому, его все-таки охватило волнение, хотя уже несколько дней он убеждал себя, что все, что связано с Олей и ее сыном, осталось в прошлом. Подходя к подъезду, он обратил внимание на то, что у подъезда не было видно красной «семерки» Михаила Сергеевича. Раньше она стояла рядом с подъездом практически всегда. Леля и Борис часто подшучивали по поводу этой машины. Ведь и мама Лели и ее отец работали практически рядом с домом. Машина использовалась лишь для поездок к родственникам в деревню. И это был целый ритуал. Учитывая, что машина стояла возле подъезда недвижима неделями, хотя она и была накрыта брезентом, все равно на ней скапливалось много пыли. Поэтому перед каждой поездкой отец Лели обязательно мыл автомобиль снаружи и внутри, подкачивал шины, проверял уровень масла и тосола и лишь потом ехал на заправку. И только после этого можно было отправляться в деревню. Леля частенько говорила отцу, что на электричке они бы уже были в деревне за то время, что ушло на подготовку автомобиля к поездке. Михаил Сергеевич лишь махал рукой, мол, ничего-то вы, молодежь, не понимаете. Теперь же машины не было видно. « Может, поменяли, новую купили», - мимолетом подумал Борис, входя в подъезд.
Оля открыла сразу, как только он позвонил, как будто стояла рядом с дверью.