Борис сам не понимал, что с ним происходит, но сейчас он ревновал Олю к своему бывшему другу.
Нет, не продолжилось. Он иногда звонил мне, узнавал, как у меня дела. Снова общаться с ним мы стали лишь после того, как я чуть было не замерзла.
Увидев удивленный взгляд Бориса, Оля чуть улыбнулась уголками губ и продолжила:
Да, чуть было не замерзла. Ты многого обо мне не знаешь, Борис! Ведь даже когда ты приезжал к нам, ты практически никогда не интересовался моей жизнью. Ты спрашивал о сыновьях, рассказывал о каких-то своих делах, но моя жизнь была для тебя малоинтересной.
Она снова сделала глоток из бокала, словно от столь долгого разговора у нее пересохло в в горле.
Да, я чуть не замерзла. Когда мы с родителями начинали заниматься пекарней, сразу решили сделать у пор на качестве. Поэтому старались закупать продукты в селах — у частников, у фермеров. У меня был старенький « Москвич» - «каблучок», вот на нем мы все и возили. Сначала мы ездили вдвоем с отцом, но потом работы в пекарне стало больше и мне пришлось ездить одной. Было очень страшно. Ведь все закупки делались за наличные, приходилось возить с собой значительные суммы. А еще было очень трудно таскать мешки с закупленной картошкой, овощами и фруктами. Как я только умудрялась со своими сорока семью килограммами таскать мешки по тридцать-сорок килограммов веса, я даже сама сейчас не понимаю. Наверное, очень хотела выжить, встать на ноги. Так вот однажды я уже возвращалась в Москву, когда мой «каблучок» сломался. Поломка оказалась очень серьезной. Я пыталась останавливать проезжающие мимо автомобили, но никто не хотел помочь мне добраться хотя бы до ближайшего населенного пункта. Ночь была не за горами, а я стою среди дороги, мороз крепчает, а я не знаю, что мне делать. От отчаяния я набрала номер телефона Димы. И он не отказался, сразу согласился мне помочь. Мне пришлось ждать его приезда почти пять часов, но он все равно приехал. Я к тому времени уже стала совсем замерзать, потому, что бензин закончился и я не могла даже завести мотор, чтобы согреться. Дима приехал с другом. Они посадили меня в машину Димы, заставили выпить коньяк, укутали в плед. Мы лишь к утру добрались домой. Я была благодарна Диме.
После этого случая он стал чаще звонить мне. Мы стали встречаться. Но это были сначала просто дружеские отношения. Мы ходили вместе с детьми в зоопарк, в кино, а иногда просто погулять. Да, нам было хорошо и весело вместе. Именно тогда я начала понимать, насколько моим сыновьям не хватает отца. Но я все еще надеялась, что ты будешь с нами, поэтому «держала дистанцию».
Однажды Дима рассказал мне, что Илона ему открыто изменяет. Ей хотелось богатой жизни, а Дима не мог ей этого обеспечить. Созданная им фирма лишь начинала развиваться, вкладывать в дело приходилось много и того дохода, который бы мог обеспечить Илоне жизнь по ее размаху, Дима не мог. Тогда я поняла насколько он несчастен, и мне стало просто жаль его. Да и себя тоже. Годы проходили, а ты никак не мог решиться переехать к нам. Тогда и завязался наш с Димой роман. Да, я несколько лет металась от него к тебе. Дима не один раз делал мне предложение. Но я отказывалась. И лишь после нашего разговора в ресторане я поняла, что ты никогда не будешь моим мужем. Я словно прозрела. Ты был всегда в стороне от моих проблем. Дима же всегда оказывался рядом, я всегда могла на него рассчитывать. И Влад, и Филипп любят его. Влад даже не захотел рассказать тебе о том, что мы уже год живем вместе — Дима,я, Влад, Филипп и Глеб в загородном доме Димы. Да, уже год. И нам всем очень хорошо и уютно. Я наконец, согласилась выйти за Диму. И тому есть причина. Через несколько месяцев на свет появится наша дочь, наша Агата. И теперь этого никто и ничто не сможет изменить. Прости, Борис, но ты опоздал. Опоздал, как минимум, лет на десять. Но я не держу на тебя зла. Сама выбрала для себя такую жизнь.
А как же сыновья?
Тебе никто не запрещает с ними общаться. Но и заставлять их видеться с тобой я не буду.
Она посмотрела на часы.
Извини, Борис, мне пора. Несмотря ни на что, я желаю тебе счастья.
Оля взяла сумочку и так и не взяв подаренного ей Борисом букета, вышла.
Борис сидел оглушенный и совершенно ничего не понимающий. Надо было все хорошо обдумать. Он считал, что осчастливит Олю своим предложением и она, конечно, с радостью примет его, а оказалось...
Глава 27.
Будильник звонил не один раз, уже не было сил снова его слышать, но встать с кровати, чтобы отключить звонок на лежащем на комоде телефоне не хотелось. Когда уже в третий раз в тишине спальни прозвучала знакомая мелодия, в состоянии крайнего раздражения Борис встал с кровати и, отключив будильник на телефоне, прошел на кухню. Чертыхнувшись на себя за то, что забыл вчера отключить будильник и вынужден был проснуться рано в выходной день, включил кофемашину и как был, в одних трусах, подошел с чашкой к окну. Погода за окном стояла отличная. Как будто из Москвы от привез сюда весну. Ветер стих, ярко светило солнце и под его лучами снег в сугробах осел и таял просто на глазах.