Выбрать главу

 Немного помолчав, Элизабет произнесла вслух то, о чем думала уже давно:

- Может мне удастся разобраться в торговле? Я могла бы помогать тебе с лошадьми.

Джеймс поднял голову. В его глазах выражалось удивление.

- Ты правда этого хочешь? Мне нравится эта идея. Вопрос в том, как отец отнесется к этому. Я, конечно, постараюсь уговорить отца, но не думаю. что он согласится. У него на тебя планы, твое удачное замужество спасет его поместье в Шелл-Холле.

-Что? Ты же говорил, что все хорошо!

Джеймс устремил глаза куда-то в противоположный конец комнаты. Он понимал, что эта новость приведет Элизабет в бешенство, поэтому так долго откладывал этот разговор. Отец тщательно скрывал свои планы, но Джеймс подслушал разговор отца с его давним партнером. Последний как ни в чем ни бывало предложил выдать одну из дочерей замуж за состоятельного человека, который покрыл бы все его долги. Отец согласился и посчитал, что это единственный выход.

Джеймс продолжил:

-На самом деле наше положение ухудшилось. Только никому ни слова. Пока никто не знает, но это дело времени. Такие новости быстро разлетаются. Отец отчаянно пытается спасти поместье, но оно в залоге, а с ссудой мы не справляемся.

Элизабет закрыла глаза и не могла вымолвить ни слова. Она понимала, что станет товаром, за который отец получит хорошие деньги.

- Дорогой братец, ты дашь мне слово джентльмена, ты пообещаешь приложить все усилия и помочь мне, чтобы я ни сделала?

-Я даю слово, Элизабет, я постараюсь. У отца много долгов, не думаю, что он просто так отпустит тебя, да и как это будет выглядеть. Я понимаю, что говорю ужасные вещи, но у девушек в наше время только одно предназначение, понимаешь? Определенно, я хочу помочь тебе, и я сделаю все, что в моих силах. Поверь. После побега тебе не будет пути обратно.

-А мне и не понадобится возвращаться обратно. Сегодня мы уезжаем домой. Там я все продумаю. Я найду выход.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

 

Уже на следующий день все семейство было доставлено в поместье. Мысли Элизабет были заняты планированием побега. Все было слишком сложно. Нужно было найти человека, готового перевезти ее в Америку. Сначала она решила, что уедет в Египет вместе с Джеймсом, но там отец будет искать ее в первую очередь. К тому же Джеймс будет заниматься лошадьми, ему не стоит отвлекаться. Будет достаточно устроиться где-то и ожидать его приезда.

Элизабет не заметила, как Эмма заговорила о графе Бекингемском. Отец в это время хмуро молчал. Даже в дороге Эмма все разговоры сводила к этому. Она подозревала, что ее дорогой муж подыскивает выгодную партию для старшей дочери. Граф показался ей весьма приятным джентльменом, способным сделать Элизабет счастливой. Несмотря на все ее старания, попытка провалилась после того, как Томас покраснел от злости. Оказалось, Томас не видит в лице графа достойного кандидата, он пресек попытки Эммы заговорить об этом человеке.

Когда Эмма спросила причину такой реакции, отец поведал о двух фактах из биографии Уильяма Бекингема, из-за которых он предпочитал не замечать существование этого человека: игнорирование правил и темное прошлое. Если первая причина понятна, то со второй у Эммы возникло непонимание. Никто не знал, что произошло на самом деле.

- Его огромное состояние и дружба с влиятельными людьми не изменят моего мнения.

Эмма опустила глаза и больше не говорила о графе.

 

По приезду Элизабет навестила свои цветы в саду, затем поднялась к себе.

Весь вечер девушка провела в своей комнате. Страницу за страницей она поглощала Всеобщую историю грабежей и смертоубийств, учинённых самыми знаменитыми пиратами. Она жаждала свободы, как самый запретный плод. Хорошее настроение исчезло, как и надежда увидеть дальние земли.

«Может я не заслуживаю свободы? Может я недостаточно хороша, чтобы получить то, чего так жажду?» рассуждала Элизабет.

Отец с самого детства говорил, что она не способна ни на что, кроме как стать примерной женой человека, которого он для нее выберет. Любые попытки проявить свою личность молниеносно пресекались отцом. Несмотря на это, в душ Элизабет таилась надежда.