Ибо намёков оба не понимали или оказывались понимать, оставаясь непробиваемыми, как стены этой школы. Были и другие посетители, все те, с кем мне удалось поладить за время работы.
Но никакие посиделки не шли с одиночеством в своей любимой комнате. Придётся снова ставить защиту, ректор предыдущую качественно уничтожил.
Когда узнала, какими только способами меня не искали, волосы дыбом встали. И замешательство ректора о блокировании мной же маячка было на лицо.
Маячок изъяли на осмотр, но так ничего полезного не выявили. Теперь его отдали на растерзание пятнадцатому курсу со словами «тренируйтесь». Мне самой стало очень любопытно таким чудесам и скоро придётся наведаться в библиотеку.
А потом понедельник наступил внезапно. Смотрю на себя в зеркало и понимаю, скрыть следы магического истощения невозможно. Глаза выдают с головой, как в прочем и повышенная бледность.
Первый курс меня затопчет вопросами. Нужно готовиться к отстаиванию своей шкурки. Бреду по коридору к знакомой аудитории. И что же сделают мои ученики? Сохранят невозмутимость или лёд тронется?
Заходу в кабинет, на меня внимательно так смотрят. Ха, пока ничего не изменилось. Кожа зудит от пристальности. Останавливаюсь возле своего стола и поворачиваюсь к группе.
Все дружно вздрогнули. Да, взгляд сегодня явно не тот, который они привыкли видеть.
- Светлого всем утра. Рада видеть вас всех в добром здравии. Прошу прощение за отсутствие на прошлом занятии. Надеюсь, такое больше не повторится.
Ученики смотрят так внимательно и с любопытством, все, кроме одного. Этого ничем не пронять. Дальнейшее шокировало до глубины души.
Девин Менир встаёт из-за своей парты, вытаскивает огромный букет и спускается к моему столу. Протягивает эту невероятную охапку мне и произносит:
- Леди Миро, с возвращением. Простите, что мы так плохо начали. Обещаем, исправимся.
Под дружные аплодисменты, ну почти, возвращается на своё место. С меня сейчас можно писать картину «Шок - это по-нашему».
А-а-а, что вообще происходит? Так Рада, бери себя в руки и приветливо улыбайся.
- Спасибо, ребята. Действительно неожиданно получилось. Раз вы решили проявить активность и интерес к предмету, то вот такой вопрос: «Что в вашем понимании означает любовь к ближнему своему?»
Все подняли руки для ответа, кроме одного. Фрай Дагор решил соблюдать холодный нейтралитет? Что ж, если у группы есть к нему претензии и они двигаются по своему направлению, значит и этого оборотня переманим на свою сторону.
Долго быть не в передовиках не сможет. Сколько бы не старался, группа настроит его на нужный лад и задаст ритм. Придётся и вам приспосабливаться, лорд Дагор, и я этому поспособствую.
Фрай старался не вслушиваться в слова леди Миро, но волей-неволей взгляд возвращался к ней. Сегодня она другая. И дело не в том, что её магическое истощение видно за километр, а в поведении.
Она всегда относилась к ним ровно, стараясь скрывать настоящие эмоции. Вот только его отличительной особенностью было улавливать эманации настроения. Об этом даже одногруппники не знали.
И сегодня в аудитории витал аромат радости и облегчения, а ещё неуловимой решительности. Ребята отвечали на вопросы преподавателя, а он погрузился в далёкие воспоминания, с чего всё начиналось.
Пять лет назад ему стали сниться глаза: красивые, огромные, голубые. В них взглянешь и потеряешься. Ночь за ночью одни только глаза. Невозможно не забыть, не закрыться.
Но они ему нравились. Взгляд, полный надежды, любви и обречённости. Немыслимый коктейль из эмоций теплились на дне её зрачков.
Спустя три месяца ему впервые приснилось её лицо. Невероятной красоты блондинка с короткими волосами заставляла сердце биться чаще. Правильные и плавные черты лица, пухлые губы, лёгкий румянец на щеках вышибали воздух из груди.
Вот так влюбиться в образ, который тебе только снится глупо, но он влюбился. До глубины души проникали корни зародившегося чувства. Не позволяли забыться ни на секунду. Так продолжалось почти год.