Лорд Стронг и лорд Фир притаились. Обоих практически не видела. Правда, успели сообщить, что за первым похищением стоит Меландра. Очень уж ей хотелось расквитаться со мной.
Я была очень удивлена. Не ожидала, что она накопила столько ненависти ко мне и решилась на преступление. Мы, конечно, не ладили, но, чтобы до такой степени. И мне жаль её. Теперь ей предстоит отработать пожизненное наказание на рудниках за свои деяния.
Она такое не сможет выдержать. Очень быстро зачахнет. Если с её характером не прибьют намного раньше. Исполнителя тоже нашли, его наказание не мягче. Но он мужчина, пусть и очарованный шармом девушки, но мужчина.
Сегодня мы снова собрались с группой для обсуждения вопросов. Мне удалось узнать кое-какие тонкости сдачи экзаменов и хочу поделиться ими с учениками. Это облегчит им немного жизнь.
Последнее время спокойный и доброжелательный адепт Дагор сегодня будто не с той ноги встал. Всё время странно на меня косился и не проронил ни слова. Хотя дискуссии - обычное его состояние.
Нет, он слушал внимательно и делал пометки, но определённо что-то было не так. Только когда он повернулся боком, а рукав рубашки слегка задрался, я увидела метку.
Всё внутри похолодело. Она появляется редко, но всегда свидетельствует о приближающейся смерти. Значит, началось. Времени осталось совсем чуть-чуть.
- Ребята, всем спасибо. На сегодня хватит. Хорошо выспитесь, набирайтесь сил. Если возникнут вопросы, завтра ещё раз соберёмся, если нет, повторите всё заново и не волнуйтесь, у вас обязательно получится сдать экзамены.
Знайте, я верю в вас, а вы должны верить в самих себя. Помните, вас всех ждут дома, и империя нуждается в таких специалистах, как вы. Всё, расходимся. А вы, адепт Дагор, задержитесь.
Все покинули аудиторию, остались только мы вдвоём. Медленно подхожу к нему и кивком указываю на руку. Его лицо становится как непроницаемая маска. Нет, так дело не пойдёт.
- Когда она появилась? Отвечай, всё равно не отстану.
- Сегодня утром. Вам не следовало её видеть, ни к чему.
- Я, как куратор, должна знать не только о таких вещах. Ты кому-то рассказал о метке?
- Нет, и не собираюсь. Вы тоже не вмешивайтесь. Я со всем разберусь сам.
- Сам, сам, сам. Всегда всё сам. Фрай, может иногда стоит попросить помощи? Я могу тебе помочь.
- Ты не станешь в это лезть, поняла? Ни единого шага в этом направлении, иначе я за себя не ручаюсь.
Как обычно, закипел за секунду. Подхожу ещё ближе. Будь, что будет, но я в этом уже замешана.
- И что ты сделаешь, если я тебя ослушаюсь? Мне даже интересно стало.
Невольно улыбаюсь. Внутри всё дрожит от страха и боли, но мне хочется улыбнуться, чтобы подбодрить его.
- Что я сделаю? Тебе лучше не знать. Но, как говорится, ты сама напросилась.
Неуловимый шаг, и я оказываюсь прижата к мужскому телу. Сильные руки сковали, как тиски. От такого захвата дыхание перехватило. Да, по сравнению с ним, я очень мелкая. На целых полторы головы ниже.
- Ты ни-ку-да не бу-де-шь лез-ть, по-ня-ла? - по слогам, как нерадивому ребёнку, произносит он мне.
А в следующую секунду меня жёстко, но нежно поцеловали. Как такое можно совместить? Я не представляю, но у него получилось. Сердце оказалось где-то в пятках, а может и вовсе выпрыгнуло из груди.
Ноги отказывались слушаться, а руки вцепились в форменную рубашку. Кажется, я сейчас умру от недостатка кислорода. Но всё прекратилось также резко, как и началось.
Фрай меня отпустил и стремительным шагом покинул помещение. Медленно сползаю на пол. Это была точка отсчёта, обратной дороги нет.
Глава 22
Я бежал по коридору. Куда? Зачем? Надолго ли? Не могу ответить на эти вопросы. Просто нужно удалиться, как можно дальше. Я совершил глупость, поддался чувствам.
Вот что делает с оборотнем нахождение любимой женщины рядом и приближение скорой смерти. Творю всё подряд. Но не хочу об этом жалеть. Мне понравилось.
Нет, не так. Мне очень понравилось и от этого становится ещё больнее. Она не дала пощёчину, не наорала, не взбесилась. Ответила. Она ответила на поцелуй.
Мы добрались туда, где не должны были оказаться. Мы у черты невозврата. Всё пошло не по моему плану, всё летит наперекосяк. Она должна остаться в живых, любой ценой.