Прости, дочка, но за спасение своего ребёнка я всё отдам: не только другого человека, но и свою душу. Только беда в том, что она ничем здесь не поможет. Простите меня оба.
Мне так грустно стало. Столько лет знать, что твой сын может умереть и не находить выход - это жестоко. Как можно жить с таким грузом? Я не представляю. Сама бы поступила точно также, если речь зашла бы о моём отпрыске.
- Я не буду вас прощать. Мне не чем вас осудить. Вы выбрали единственно правильное решение. Это больно знать, что твой ребёнок может умереть.
- Спасибо, Мира. Я и надеяться не мог, что ты меня поймёшь и не станешь сердиться. Теперь я точно вижу, ты идеально подходишь Фраю. Рядом с тобой он будет сильнее.
Я благодарно киваю. Именно поддержки сейчас моему мужу и не хватает. Знаю, он злится. Однако, выход есть всегда, и мы его обязательно найдём.
- А я тебя так просто не могу простить. Ты подверг дорогого мне человека опасности, и так просто об этом говоришь. Планы, стратегии, домыслы. Подумал ли ты, что я буду чувствовать, потеряв самого близкого мне человека? Сможешь жить без мамы, если убьёшь её? Останешься в себе? И нужна ли такая жизнь вообще?
- Не было ни дня, чтобы я об этом не задумывался. Но ты до конца сможешь меня помять только когда у тебя появятся свои дети. Ради них ты пойдёшь на крайности и ввергнешь мир в пучину. Когда-нибудь ты меня простишь, просто останься в живых.
- Но ты не знаешь, как это сделать. И это самая большая проблема. Никто из нас не знает. Часики тикают, а мы стоим на месте. Ладно, поговорим об этом ещё потом. Думаю, мы с Радой уже пойдём. Итак, отняли много времени. Навестим маму, вот кто нас ждёт больше всех.
- Конечно идите. Она уже третий день круги по дворцу наматывает, а вас всё нет и нет. Но кто ж ей запретит? Она королева и притом ещё мама. Идите, ни о чём не беспокойтесь. Теперь у меня появился ещё больший стимул к победе.
- Ваше величество, а можно с вами наедине несколько минут переговорить. Это очень важно.
- Рада, прекрати. Мы это уже обсуждали.
- Конечно, дочка. Фрай, если твоя жена хочет поговорить, не запрещай ей. Ты же не деспот в конце концов.
И император мне подмигнул. Вот это новость. А тесть-то у меня мировой. Только скрип зубов от мужа нарушал идиллию. Бороться сразу с двумя бесполезно, и он вышел, громко закрыв за собой дверь.
- Я просто хотела сказать, чтобы не случилось, сделаю всё возможное дабы спасти его жизнь. Вы сможете образумить Фрая, если что. Пусть он будет счастлив, если даже без меня.
- Не сомневался в твоём решении ни секунды. Ты очень сильная и смелая, но я надеюсь, что все вместе мы сможем найти выход. И прибегать к таким крайним мерам не придётся. Спасибо, Мира за всё. А теперь иди, иначе Фрай сейчас весь дворец разгромит.
Я хихикнула. Да, он это может сделать. Снова приседаю в реверансе и покидаю такой уютный кабинет. Мой муж стоит у окна и выбивает нервную дробь.
- Просил же тебя этого не делать. Так нет, поступила с точностью до наоборот. Зачем?
- Мне просто очень понравился твой отец. Что в этом такого? Пошли давай, оборотень-вспышка. Остынь немного, катастрофы не случилось и то ладно.
На что он только хмыкнул. Ну нет, они очень и очень похожи, во всём. Теперь мы двигались другой дорогой нежели, когда шли сюда. Придворных попадалось всё меньше.
- А что это за дверь такая красивая? Просто дух захватывает. Ар, давай зайдём.
И не оборачиваясь, я двинулась к ней с упорством носорога. “Рада не смей!” - долетело уже на пороге. Открываю дверь и застываю. Мне доводилось видеть этот зал... во сне.
Глава 29
Поворачиваюсь к мужу и вижу гримасу боли на лице. Вот только меня как магнитом тянет вовнутрь. Не могу противиться этой тяге. Делаю несколько шагов вперёд.
Всё, как я и помню: зеркальные стены и начищенный пол, красивые кадки с цветами и небольшой постамент с тремя креслами на нём, тяжёлые пурпурные портьеры и запах кедрового ореха вокруг.
Позади себя слышу очередной стон боли. Это отрезвляет, как ушат холодной воды. Фрай стоит, согнувшись пополам и стонет от невыносимой боли. Подбегаю к нему.