— Колин! — возмущенно воскликнула Леу. — Говори уже! Съем!
— Леу, когда ты в такой форме, кушай сколько угодно, хоть по кусочкам, хоть целиком! — Колин оставался верен себе. — Ладно, ладно, перехожу к делу. Так вот, ходят слухи, что эта цербер Крейц и Дархерст у деканши в кабинете обсуждали, как бы тебя прикрыть и выгородить, и оставить спокойно работать — потому что самая горячая пора, сдача экзаменов на носу, а заменить тебя абсолютно некем! Но, на твою беду, их услышал Вилья. Зашел в кабинет, спросил, в чем дело, потом сразу собрал твои документы, зачем-то еще в библиотеку сбегал, и прямиком к ректору. Потом они уже вдвоем с ректором явились к декану Дархерст, это много кто видел. О чем там они с деканом говорят, я понятия не имею, только есть у меня ощущение, что тебя скоро к ним вызовут.
— Ясно. Спасибо, что предупредил.
В этот момент в дверь квартиры позвонили снова.
Я пошел открывать. На пороге стояла госпожа Крейц.
— Мессир… э-э, ваша милость барон Вяз, — сказала она. — Декан Дархерст почтеннейше просит вас пожаловать к ней в кабинет для обсуждения ситуации с вашим наймом.
— Понял, — сказал я. — Ну что ж, пойдемте… Смотрю, уже подняли информацию о том, что я барон?
Я говорил нарочито спокойным шутливым тоном, и госпожа Крейц, явно сначала нервничавшая, едва заметно выдохнула и тон этот поддержала.
— Ну разумеется! Я слежу за всеми важными новостями в королевстве. Поэтому знаю, что Избраннику богини Любви, который привел триста скелетов на бой с Темным властелином, пожаловали баронский титул и вотчину Ильмор далеко на севере. А еще я дружу с секретарем факультета Природы, она ведь переписывалась с вами по поводу зачисления вашей супруги… Просто мы здесь в Академии считаем, что титул ученого мага выше, чем наследственный аристократический титул вплоть до герцога, и Его величество традиционно прощает нам эту маленькую вольность. Поэтому я не обращалась к вам по титулу до того, как… — она запнулась.
— Заметил, — подтвердил я.
Эта маленькая деталь совершенно четко сказала мне, что меня все же собираются уволить. Как, собственно, ожидалось с самого начала.
Подходя к кабинету декана, госпожа Крейц замедлила шаг.
— Еще закрыто, — нерешительно произнесла она. — Похоже, мессир ректор еще у нее… Вы не возражаете подождать?
— Нет, — сказал я, — не возражаю.
Потому что несмотря на тяжелую и толстую деревянную дверь, обостренный драконий слух позволял мне отличнейше слышать голоса из кабинета — а разговор, естественно, касался меня самым непосредственным образом!
…— Бернард, да что он, в сущности, такого сделал? — успокоительным тоном журчала госпожа Дархерст. — У детей отличные результаты, никто не то что не умер — даже не заболел! И он разрешил или разрешает несколько довольно сложных ситуаций для нас — там у них в группе есть одна девочка, чей отец — королевский судейский чиновник с высокопоставленными покровителями… в общем, не буду забивать вам голову, но…
— Вот и не забивайте!
— Он очень много пользы приносит Академии! Эдвардсы, например, от него в восторге!
— Поверьте, даже Эдвардсы не будут в восторге, если узнают, что мы допустили к их сыночке-корзиночке какого-то попаданца с улицы! Я уж не говорю о других родителях! Репутация Академии под угрозой!
— Он не попаданец с улицы! Он попаданец из более развитого мира, наконец-то с пониманием того, как необходимо ставить учебный процесс, да еще в такой разношерстной группе! Как раз за таким кадром я охотилась столько лет!
— Амалия, еще одно слово, и я решу, что вы знали с самого начала, и это все ваша интрига! — прошипел ректор. — И тогда… возможно, мне придется поставить вопрос о вашей добросовестности перед советом попечителей! Второй скандал с преподавателем Нежизни за год!
— Ну-ну, не будем ссориться, Бернард, — довольно холодно проговорила Дархерст. — Естественно, я понятия не имела. Если бы это была моя затея, мой секретарь тоже была бы в курсе! А вы сами не хотели, чтобы это дело дошло до попечителей!
— Вот именно, не будем ссориться — увольняйте этого типа, как я велел, и дело с концом! Не будь он аристократом, я бы его в городскую стражу сдал за мошенничество!
— Строго говоря, он не…
— Хватит! Я пока еще главный в этой шараге!
С этими словами ректор схватился за ручку двери — и появился в коридоре. Бросив на меня тяжелый взгляд, он прошел мимо, ни слова не сказав. Что ж, его можно понять. Не знаю уж, кто тут попечители, но логично предположить, что в их состав входит кто-то из королевской семьи, а может быть, и сам король. Ясно, что ректор не хочет, чтобы эта ситуация стала их достоянием!