Все промолчали.
Наш преподаватель права и БЖД обожал активный отдых, туризм и походы. Он был старшим у будущих юристов и частенько выбирался с ними на природу. Почему-то Илья Владимирович всегда ассоциировался у меня с папой, которого никогда не было. В моих представлениях идеальный отец и есть такой – спокойный, умный и очень добрый. Илья Владимирович никогда не ругался, относился к студентам с теплотой и иногда мило рассказывал что-то о своих детях.
– Если надумаете, то подойдите тогда ко мне в кабинет, я вас запишу.
Возникла мысль: а не пойти ли мне? Вот это точно хорошая смена обстановки была бы. Да и природа могла благоприятно повлиять на мое состояние, ведь человека не просто так всегда туда тянет, когда ему плохо. Но одной идти не хотелось.
На перерыве я стала уговаривать Настю и Алену составить компанию. Алена сразу же наотрез отказалась, а вот Рыжика предложение заинтересовало.
– У меня ни палатки нет, ничего, – с сомнением произнесла она.
– У меня тоже, но… давай поговорим с Ильей Владимировичем? Посмотрим, что он скажет.
– Ладно, давай.
Марина подошла к нашему месту и оперлась одной рукой о спинку моего стула. В нос ударил приторный запах парфюма.
– Решили с Илюшей сблизиться или внезапно природу полюбили? – ехидно сказала она и, взяв Настин сиреневый карандаш, стала рассматривать его с преувеличенным вниманием.
Яна с Наташей, сидящие за соседней партой, с интересом уставились на нас.
– Не суди по себе, не все тут на преподавателей вешаются, – ответила я и забрала карандаш из ее пальцев.
– А ты не бесись, Белокрылова, научись шутки понимать. Свою глупую ревность оставь при себе, – уже без улыбки бросила одногруппница. – У тебя анатомия куда-то уехала, – кивнула она на скетч Насти, – исправь.
Выпрямившись, Рубинова отвернулась и медленно вышла из аудитории.
– Вот стерва, – не сдержалась Алена.
– И не говори.
Дима стоял около Щеглова за партой Яны и тоже видел эту сцену. Я поймала его взгляд, и парень, пожав плечами, скривил губы в обратной улыбке.
После пар мы с Настей зашли к Илье Владимировичу. Он очень обрадовался, что кто-то еще захотел пойти с ним в поход – мягкий взгляд тут же загорелся теплом. Мне внезапно захотелось его обнять, но не как мужчину, а как… папу?
– Наконец-то свежая кровь, я рад, что наши ряды пополняются. Насчет палаток не беспокойтесь, найдем для вас место, – искренне улыбаясь, сказал преподаватель. В уголках его добрых глаз собрались морщинки.
– А много человек идет? – спросила я.
– Это безопасно? – сразу же добавила Рыжик.
– Да, конечно. Я уже не первый год этим занимаюсь. Просто пройдем через лес, там по пути будет очень живописное место у реки. Разведем костер, приготовим на нем ужин, переночуем, а утром уже обратно, – с позитивом в голосе рассказывал Илья Владимирович. – Человек пока не знаю сколько. Сейчас, помимо вас, записались семь. Пять парней и две девушки. И еще один преподаватель. Ваш, новенький. Олег Сергеевич.
Шефер? Неожиданно. На первый взгляд он совсем не походил на того, кого может привлекать подобный вид отдыха. Его компания меня не радовала – все-таки я решила поучаствовать в этой затее, чтобы сменить обстановку и морально отдохнуть. С другой стороны, это же не опрос и не лекция, нам даже взаимодействовать там необязательно.
Глава 12
Этой ночью мне приснился Шефер. Я металась в огромной толпе людей и никак не могла найти выход, а кислорода становилось все меньше и меньше. Сдавливало виски. Голова, казалось, вот-вот лопнет от напряжения. Страх сжал горло своей большой лапой, и сердце застучало так громко, что начало оглушать. В последний момент, когда дышать стало уже совсем невозможно, появился Олег Сергеевич. Он возник из ниоткуда, взял меня за руку и вывел наружу, на прохладный свежий воздух. Наконец-то получилось вдохнуть полной грудью. Мир перестал быть белой пеленой и приобрел очертания. Когда я обернулась, чтобы поблагодарить Шефера, он куда-то исчез. Рядом не было больше никого, и я снова осталась одна.
Отключив надоедливый будильник, я сразу же перевернулась на спину и внимательно посмотрела на свою ладонь. Казалось, будто на коже до сих пор ощущалось тепло от прикосновения Олега Сергеевича. Но стоило окончательно проснуться, как пришло осознание: какой же это бред.