– Испугался, – коротко ответил Шефер.
– Испугались? – Я приподнялась на локте. – Но чего?
– За тебя.
В ушах зашумело. Сердце забилось чаще. Эти два слова перевернули все внутри. Стало жарко, неловко и… до боли в груди приятно.
Я не знала, что ответить.
Наступило утро. Открыв глаза, первые секунды я думала, что все еще смотрю сон – не могла понять, где нахожусь. А находилась я в кровати Олега Сергеевича. Кто бы мог подумать… Рубинова обзавидовалась бы, если бы узнала. Она так хотела спать с ним в одной палатке этой ночью, но вместо этого с ним в одной квартире спала я. В его квартире, в его кровати и в его одежде.
Через закрытую дверь в комнату просачивался запах еды, от которого желудок тут же сжался, напоминая, что жутко голоден. Появляться перед Шефером в помятом и сонном виде не хотелось, поэтому, покинув спальню, я быстро заскочила в ванную.
Олег Сергеевич резко обернулся. Он так и замер у раковины с расческой в руке, глядя на меня удивленным взглядом, который быстро сменился на недовольно-надменный.
– Белокрылова, может быть, вы выйдете? – процедил он, чуть приподняв подбородок.
До конца не проснувшаяся, ошарашенная и растерянная, я просто стояла и смотрела на него широко раскрытыми глазами, которые сами собой опустились с его лица на красивый накачанный торс, а затем на белое полотенце, обмотанное вокруг бедер.
– Ой, извините… – промямлила я, застыв на месте.
– Выйдите! – рявкнул Шефер, приведя своим криком в чувство.
Я вздрогнула и тут же вылетела из ванной.
«Вот дура!» – ругала я себя, сев на край кровати и обхватив колени руками. От стыда хотелось головой о стену удариться. Ну как можно быть такой нелепой и глупой? Из раза в раз! Ни одно, так другое. Идиотка.
Преподаватель зашел в комнату минут через пять. Уже полностью одетый.
– Для вас в порядке вещей врываться в чужую ванную? – недовольно поинтересовался он.
– А запирать дверь вы не пробовали, Олег Сергеевич? – ответила я. Хамить не хотелось, слова вылетели сами собой.
– Я один живу, нет такой привычки, – бросил Шефер, уходя в коридор.
– А я не каждый день ночую у каких-то мужчин.
– Сочувствую!
Что?!
– В смысле, сочувствуете? – выглянув из-за двери, спросила я, шокированная его заявлением.
– В прямом. Сочувствую, что вы не ночуете каждый день у мужчин. Особенно у таких, как я, – донесся голос с кухни.
Олег Сергеевич достал две тарелки и поставил их на тумбу рядом с плитой. Скрестив руки на груди, я облокотилась о дверной косяк и наблюдала за ним.
– Это нагло. Что вы себе позволяете?
– Нагло – это врываться в чужую ванную. Это что вы себе позволяете, Белокрылова.
– Может, я посмотреть на вас хотела.
«Боже, что я несу!»
– Да? – Он развернулся ко мне, поставив на место сковороду, которую только взял в руки. – Тогда, надеюсь, вы успели все рассмотреть?
– Нет. – Я попыталась произнести это уверенно, но дрогнувший голос все испортил.
– Белокрылова, идите умывайтесь и садитесь завтракать, – вздохнул Олег Сергеевич и развернулся обратно к плите. – А то экзамен не сдадите.
Зайдя в ванную, я уперлась руками о край раковины. Что я творю? Шефер – мой преподаватель, и такие диалоги могли сильно испортить репутацию в его глазах. Очень не хотелось стать «Мариной версии 2.0», но что сказано, то сказано. Да и вообще, он тоже хорош… Но перегнула все равно я.
Приведя себя в порядок настолько, насколько это возможно, я вернулась на кухню. Есть хотелось уже просто безумно.
Олег Сергеевич положил нам яичницу с зеленым горошком и налил крепкий кофе. Ели мы в полной тишине. После завтрака преподаватель вернул мне выстиранную одежду. Оказывается, он успел развесить ее на сушилке, хотя я даже не слышала, как машинка закончила стирать. Он вообще спал?
Вызвать такси до дома тоже было очень великодушно с его стороны, учитывая стоимость. В очередной раз поблагодарив Шефера за спасение и гостеприимство, я взяла пакет со своей грязной курткой и, положив ладонь на холодную дверную ручку, вдруг поняла, что уезжать из этой уютной квартиры мне совсем не хочется.
– Олег Сергеевич, можно я напрямую кое-что у вас спрошу? – Я обернулась.
– Слушаю, – безразлично ответил он, скрестив руки на груди.
– У меня теперь будут проблемы в университете?
Преподаватель вопросительно поднял брови.
– С вашими предметами.
– Если будете нормально их учить и не забивать голову ненужными мыслями, сдадите все на ту оценку, на которую ответите. Идите, Олесь, машина ждет.
– Я верну вам деньги позже, – глядя ему в глаза, пообещала я. – Спасибо.