«Спокойно, Киа. Не волнуйся и дай осмотреться.» - прозвучало у меня в голове голосом подозрительно знакомым. Когда в помутненный разум дошла мысль, что это канцлер неординарно заявился на огонек, тело уже расслабилось и отдало бразды правления сильнейшему. А еще хотелось...жаловаться? В голове хмыкнули. Это он что, мысли мои читать может?
«Более того, могу управлять твоим телом и разговаривать от твоего имени. А теперь отойди и позволь взрослым спасти одну вкрай невезучую темную лиру» - радушно объяснили и снова смолкли. Да, таки невезучую. Но такую счастливую появлению канцлера! Голова не произвольно и совсем не по моей воле повернулась влево, потом вправо, а потом тело резко сделало складку, подтянулось на петле, сорвало само себя с нее и сделало сальто. Приземлилось на свои две. Совершенно бесшумно и за считанные секунды! Это точно мое тщедушное тело сделало? Мне нужна эта формула!
«Милая, давай позже все обсудим, сейчас мне нужно поработать над твоим освобождением».
С Гийомом разобрались за секунду, вырубив его. Око за око! В следующий час мы успели ликвидировать добрую половину крепости. Вторая где-то пряталась, включая нашу златовласку. Я была в восторге, а канцлер не спешил радоваться, заставляя мое тело тихо красться вдоль стен коридоров. Искали мы не новых встреч и знакомств, а кабинет главаря со всеми записями. По мнению канцлера, он тут точно есть. Параллельно заглядывали в окна, а еще разговаривали. Напряженно и односложно.
- Совсем обезумела! - Кричал один шкаф, когда мы его повалили на пол. И чего сразу обезумела? Просто говорю сама с собой, подумаешь! Саморефлексия еще никому не навредила. К слову, свое тело я чувствовала все хуже, а присутствие канцлера - все яснее.
«Отдохни, я разберусь сам.» - В итоге сказал Курт и все, меня вырубило. И как же, оказывается, я устала!
***
Утро начинается не с кофе, и даже не с чая - с ужасной головной боли. Её я честно заслужила, после такого-то ментального вмешательства! Но какое чудесное средство! Какая тонкая работа! Чистая наука! Так что не жалуюсь, а терплю. Я с трудом открываю по ощущениям залипшие глаза, опасаясь увидеть все те же холодные стены крепости или, что еще хуже, ритуальной кельи. Горло болит от длительного пения, руки и ноги саднят от веревок. Тяжело быть пленницей, очень изматывает. Жмурюсь от тусклого, но все же света, пытаясь разобрать детали обстановки. Деталей много, а вокруг тихо, и под попой весьма мягко, от чего я сразу же выдыхаю с облегчением. Что я успела усвоить за время заточения - там очень твердо спать, и холодно. Не убьют, так замерзнешь. С плеч упал шерстяной плед, провела его путь на пушистый ковер взглядом. Поправила порванную юбку, когда широкие массивные двери комнаты открылись и туда влетело двое людей. Далеко не зашли, канцлер остановился у дверей. Одет во все черное и удобное, мужчина возвышался над своим собеседником не только высоким ростом и широким разворотом плеч. Нет, все в нем кричало о внутренней силе: прямая спина, высоко поднятый подбородок, обманчиво расслаблено опущенные вдоль тела руки. Эх, не зря мне всегда нравились боевики, вот не зря. Залюбовалась и от того не сразу обратила внимание на его собеседника.
- Но, канцлер, я не понимаю, при всей нашей готовности, это невозможно! - Мужчина средних лет с заметной сединой эмоционально размахивал руками. За ним в кабинет забежал еще один паренек, явно рангом значительно ниже. Остановился по знаку полковника и покорно опустил голову.
- Полковник, забудьте о слове «невозможно», и сделайте все возможное. На кону сотни тысяч жизней. Жертвы неизбежны, но что-то же мы можем предпринять! Поднимите императорские войска, задействуйте соседние государства. Лучшие маги империи трудятся уже не первую неделю. Организуйте постоянное патрулирование, а конце концов! Неужели я должен вам рассказывать, как это происходит? От фанатиков будут страдать все, - значит, и бороться нужно вместе! - Рявкнул Курт, продолжая сверлить собеседника тяжелым взглядом. Полковник уже как несколько минут утратил храброе выражение лица и смиренно слушал генерала. Весь его вид показывал, что генерал напряжен до предела и еле сдерживается. Что же там произошло, после того как я отключилась? Потерла шею и лицо, часы зависания на крюке не прошли бесследно. - стало немногим лучше, но любопытство никуда не исчезло.