Глава 11
Сказать, что мне было стыдно с утра (ну как с утра, встала я ближе к обеду) — ничего не сказать.
Я напилась, пыталась завлечь малознакомого мужчину в постель, мою затею вычислили, на что я стала дерзить и устроила какой-то допрос с пристрастием. Лариса, ты позор семьи.
Подруга Ольга приехала через полчаса после моего звонка, привезя с тобой успокоительные: 0,5 пива и 2 кг мороженного. Я рассказала ей про вчерашнее, она посмеялась. Я любила Олю за кучу самых разных вещей, но главное: она всегда была невероятно позитивной. Даже если я была в отчаянии или даже истерике, она всегда могла найти подходящие слова и приободрить меня.
— Лар, не гноби себя! А лучше так: забудь ты про него. Нет, не так: запомни всё, что он тебе сказал по существу проблемы, а его самого забудь. Зато смотри, как хорошо вышло: получила высококвалифицированную психологическую помощь. Я же, кстати, потом нашла, что он психолог!
Просто тебе забыла сказать… Когда в бассейне искала, открыла какой-то сайт, там много было про него, но все на немецком. Нужно было дать тебе прочитать. Ты бы перевела, все бы знала, не опозорилась бы, — последние слова Ольга говорила уже с плохо сдерживаемым смехом.
Я накрылась пледом с головой, прячась от нее. Вот тебе и 29 декабря. А я так ждала этот день! Ждала, видимо, чтобы опозориться. Конечно, знай я, что этот мужчина читает меня, как открытую книгу, я бы не стала даже думать о возможности какого-то общения с ним. Да, мне очень не хватает секса, но легкие связи меня перестали прельщать (эта выходка стала исключением, результатом пьянства), а последние длительные отношения не принесли удовлетворения. И что теперь делать? Самоудовлетворение осточертело, мужчина, с которым я бы хотела связать жизнь, все как-то не находился. С женщинами я не пробовала. Ммм, женщины… Я высунула голову из под пледа, посмотрела на Ольгу. Подруга смотрела что-то по телевизору, слизывая мороженное с ложки: несколько капель упали на обнаженные колени девушки. Легкая пищевая эротика. Но единственная мысль, которая появилась у меня в голове от созерцания открывшегося вида, была фраза: «Измазалась, как свиненок». В это время Оля повернулась ко мне:
— Ээ, что за взгляд? О чем ты думаешь?
Я подмигнула девушке, и послала воздушный поцелуй.
— Ооо, мать, — протянула она. — Совсем плохо что ли? Может еще тебе за пивом сходить?
Нет, лесбиянкой мне не быть.
— Нет, пива точно больше не надо. Нужно остатки вещей собрать, самолет в 18:15.
Пока я упаковывала чемодан, Оля вызвала такси. Сама осталась у меня, чтобы моему воображаемому коту не было скучно. А я не говорила? Да, у меня есть воображаемый кот. Я очень сильно люблю кошек, но у меня аллергия на шерсть. Не такая, когда чихают и чешутся, а такая, что «твою мать, почему вся моя одежда в шерсти, как я пойду на работу?!».
Поэтому мы с Олей лет пять-шесть назад придумали кота, которого обе полюбили и по очереди кормили-гладили. Даже Влад после пары месяцев привык к коту. Однажды даже пошутил, что он не может заниматься сексом, потому что кот смотрит.
Хотя после разговора с доктором Германом, меня эта шутка больше печалит, чем смешит.
В аэропорт я прибыла во время, даже ждать не пришлось. Все время в самолете я старательно гнобила себя, клятвенно пообещала себе две вещи: никогда больше не пить и, неожиданно, более тщательно искать информацию о человеке в интернете.
Перелет (пусть и небольшой) прошел нормально, но я долго добиралась до сестры. Я просила меня не встречать, а лучше приготовить за меня все салаты, так как обычно это была моя обязанность. Ближе к ночи я наконец-то добралась до загородного поселка, где обитала семья Кукошко — моя сестра Эля, ее муж Егор, сын Антошка и маленькая-маленькая девочка Олеся. От родителей я везла кучу гостинцев, а обратно обещала привезти свежие фотографии детей и носочки Олеси (мама собирала первые носки всех детей в роду — у всех свои причуды). Малышка спала на руках у Эли, спрятав личико. Поэтому женскую половину семьи в первый вечер мне увидеть не удалось, зато с мужской я пообщалась будь здоров. С Антоном поиграли во всевозможные игры, с Егором попробовали всевозможные сорта домашних наливок (обещание больше не пить не распространяется на домашние наливки зятя!). «Как хорошо, что ты приехала», — одними губами прошептала мне сестра, когда я уходила спать.
31 декабря — с детства был моим самым любимым праздником. Родители очень много работали, и только новогодние дни были гарантом их нахождения дома. Мама была врачом, одна из первых в городе (а возможно и в стране) открыла частную медицинскую клинику. После этого в ней умер врач, и родился администратор. У меня были какие-то отрывочные воспоминания из детства о «маме в белом халате», но уже в школьные годы я знала маму «не мешай мне составлять отчет для минздрава». Нет, она была замечательной родительницей в плане реализации моих потенциалов: в детстве мне читались книжки на английском (мама его боготворила), мама же рассмотрела во мне способность к языкам, и отдала в языковую школу. Но внимания мне часто не хватало. И его восполнял отец: душа компании, балагур, знающий все анекдоты и умеющий их феерично смешно рассказывать, папа-сочувствущий, папа-понимающий,