— Нет, я не готовку имею в виду. Я про работу. Не устаешь в новой должности?
— Я уже работал проректором по науке. В более крупном вузе, притом в Германии. Там было тяжело, но только потому, что совпало с подготовкой докторской диссертации: катастрофически не хватало времени. У вас легче, но все ровно есть свои сложности. Например, преодолевать сопротивление сотрудников инновациям. Я ввел новую систему оценки научной деятельности. Прошел почти месяц, а некоторые до сих пор, извини, выносят мне мозг своим нытьем. Те, кто мобильнее, уже оценили плюсы новой системы: прибавки к зарплате, стимулирующие, премии, бонусы и помощь от ректора при публикации исследований в крупных отечественных журналах и иностранных изданиях. Оказалось, что до сих пор не оказывалась помощь переводчиков, сама знаешь, как сложно с банальным переводом аннотированных статей у людей без филфаковского образования, — я кивнула, так как как-то целый год вела межфаковские курсы, и столкнулась с очень низким уровнем владения иностранным языком. — Спрашиваю у преподавателей: кто вам переводит статьи? Большая часть ответили, что платят частным переводчикам из своего кармана. Остальные либо пытаются сами переводить, либо обращаются к знакомым. Твоя фамилия, кстати, прозвучала, — мужчина нежно улыбнулся. — Одна говорит «Мне Лара Бергина перевела. В издательстве так хвалили ее перевод!». У меня сердце быстрее застучало от твоего имени. Спрашиваю «Сколько Бергина берет за работу?», а она мне «Нисколько. Лариса всегда просто так помогает». Лариса, ты понимаешь, что эта работа сложная, и она высоко оплачивается?
— Понимаю, — смущенно ответила я. — Но не могу и не хочу брать деньги у своих же. Да и приятно просто помочь человеку.
Герман мельком взглянул.
— Ты удивительная женщина.
Это прозвучало не льстиво, не слащаво, не подхалимски, не пошло. Эта фраза звучала так, как будто мужчина сказал «передай мне соль»: просто, не наигранно, искренне. Это был не комплимент, это была констатация факта. И от этого еще более приятно. И в этом был весь Герман.
— В общем, дело двинулось. Уже за месяц удалось повысить показатели цитируемости, добавить в разные системы цитирования старые издания, что, естественно, увеличило общеуниверситетские процентные показатели.
— То есть ты лег в 3–4 часа утра, судя по последнему сообщению, к 8 уехал на работу, к 9 приехал на комиссию, весь день занимался там всякими разными важными делами, а в 9 вечера спокойно готовишь ужин? Я сегодня ничего не делала, и все ровно устала, — со смехом призналась я.
— Ты поэтому и устала, что ничего не делала. Чем больше загружен человек, тем меньше у него остается время на рефлексию. Если я посередине рабочего дня дам себе полчаса на «подумать», я успею за это время устать, — с улыбкой ответил мужчина. — Хотя…. Это все субъективно.
— Прошло больше месяца… Тебе нравится в нашем городе?
— Что тебе сказать… Главное, что в нем живешь ты.
За разговорами время прошло быстро. Через 1,5 часа я (о ужас, на ночь глядя) уже пробовала невероятно вкусный ужин: свиная рулька по-баварски, овощной салат. Жирную свинину в пиве хорошо оттеняли овощи, а бокал сухого красного помогал после каждого глотка по-новому ощутить вкус блюда. Герман отменно готовил, правда сам признался, что это касается преимущественно немецкой кухни: в Германии ему нравилась только местный пищевой колорит.
Пока я мыла посуду, Герман доделывал какие-то документы на ноутбуке. Мужчина настолько погрузился в работу, что я даже не знала, как ему намекнуть, что пора перейти к десерту. Я позвонила Оле, она не взяла трубку.
— Оля трубку не берет, — больше себе, чем Герману, сказала я.
— Значит, сильно занята, — не отвлекаясь от монитора, ответил мужчина.
— Чем?
Герман удивленно протянул:
— Вот теперь вижу, что моими советами ты не воспользовалась, — улыбнулся он. — Раз перестала понимать намеки про секс, значит совершенно забыла, что это такое.
Я погладила его по голове.
— Пожалуйста, подожди еще буквально пару минут, мне срочно нужно доделать этот приказ, иначе завтра…
Мужчина не смог договорить, так как его остановил открывшийся вид: я, расстегнув пояс, повела плечом, и шелковый халат легко опустился к моим ногам. Герман заворожено осмотрел мое тело, медленно провел взглядом от лица до ключиц, груди, скользнул по животу, сосредоточился на бедрах, закончив «осмотр» босыми ногами: на одном из пальчиков ног сверкнуло маленькое колечко, что вызвало улыбку мужчины.
Ларин с хищной грацией большой кошки поднялся, медленно подошел ко мне и совершенно неожиданно резко закинул на плечо, и понес в спальню. Я звонко рассмеялась, заколотила кулачками по мужской спине, на что, в ответ, он укусил меня за бедро. Герман мягко опустил меня кровать, удержав в положении сидя, легко расстегнул кружевной бюстгальтер, откинул его на стоящий рядом пуфик.