На долю секунды мне показалось, что Генри слегка улыбнулся. Стоило мне моргнуть, и улыбки как не бывало. — Ты просишь меня освободить самое могущественное создание во вселенной, которое вне всяких сомнений сначала посеет хаос, а потом уничтожит все человечество, и в конце убьет всех нас?
— Да, — ответила Каллиопа, совершенно не беспокоясь ужасающей картиной будущего, которое описал Генри. — В обмен на жизнь Кейт.
— В обмен на жизнь девушки, которую я знаю лишь год, и которую за последние шесть месяцев видел несколько минут.
Во мне что-то сломалось. Я заставила себя подняться на ноги. Генри был прав. Я того не стоила. Я понимала это еще до того, как он произнес эту мысль вслух, но стоило словам сорваться с его уст, я осознала их реальность. Даже если он и любил меня, я была лишь ничтожным человечком. Одной жизнью. Было бы глупо, несмотря на его чувства, какими бы они ни были, ожидать, что ради меня он откроет ворота.
Каллиопа вздохнула. — Возможно ты смог одурачить других, но я знаю тебя лучше, чем ты сам. Этот блеф не сработает.
— Ты уверена, что это блеф? — парировал Генри. Каллиопа ничего не ответила. — Я так и думал. Поскольку Кейт уверяет, что ты в любом случае убьешь ее, и поскольку совершенно очевидно, что ты не станешь ее отпускать, то почему бы мне не оставить тебе твою добытую награду, и более того, предложить другую сделку? Я открою ворота после того, как ты отпустишь остальных. — Он посмотрел на потолок, где висели Ава и Джеймс. — Всех их.
Каллиопа нахмурилась и стала барабанить пальцами по бедру. — Ты не станешь сражаться за Кейт? — Генри кивнул. — Откуда мне знать, что это не ловушка?
— С чего бы? Кронос в пещере, а Кейт для совета не имеет никакого значения. Ты одержишь верх в независимости от того жива она или нет. Ты прекрасно понимаешь, что мы не можем одолеть Кроноса без тебя. Я просто прошу вернуть мне семью, чтобы мы могли достойно принять поражение.
Мне не хватало воздуха, и на этот раз это было не из-за цепей, которыми сковала мою шею Каллиопа. Генри говорил совершенно серьезно. Был то блеф или нет, сейчас в его голосе слышалась агония, которую я всем телом чувствовала, как свою собственную. Он понимал, что наша ситуация была безвыходной. Каллиопа хотела меня, а он хотел, чтобы его братья и сестры остались живы. Эта сделка была справедливой. Все, что он потеряет это девушку, которую едва знал.
Я действительно умру. Бесчисленные часы, проведенные в подготовке к такому исходу событий во время нашего путешествия по Подземному миру, ничуть не смягчили душераздирающее осознание того, что мое существование скоро закончится. Я понятия не имела, что случалось с богами, которые исчезали, но учитывая, что Персефоне пришлось стать смертной дабы присоединиться в Подземном мире к Адонису, я предположила, что меня не будет ждать загробная жизнь. Я не была готова умереть.
— Генри, прошу, — сказала я задушенным голосом. Я коснулась его пальцев, и не смотря на бесстрастное выражение лица, его кадык дернулся.
Он не взглянул на меня. Я пришла в это место, осознавая, что Каллиопа может уничтожить меня и я никогда не вернусь домой, но я никогда не ожидала, что Генри даст на это свое согласие. До этой минуты мне удавалось хранить надежду, что где-то там, глубоко в душе, он любит меня, но теперь она исчезла. Наряду с оставшимися для борьбы силами, я должна была позволить Каллиопе снова украсть остаток моей жизни.
— Как трогательно, — произнесла она. — Отлично Генри, я согласна.
Каллиопа взмахнула рукой, и туман отпустил Джеймса и Аву. Из устья пещеры послышался стон, и прежде чем я попыталась увидеть, кто его издал, невидимая сила потащила мое тело к воротам и угрожающему туману, который их обвивал. Тело Генри тащилось следом, его ноги волочились по земле.
— Прошу, не делай этого, — с трудом произнесла я. Я ощутила настоящее опустошение, которое принесло подавляющий инстинкт выживания. Я хваталась за цепи на своей шее, но те лишь обжигали руки. Если Генри не собирался сражаться, у меня не было шансов выжить: я либо умру от рук Каллиопы, либо от того, что Генри вызволит Кроноса и тот разорвет меня на части. Генри нельзя было открывать ворота… Просто нельзя.
— Как только ты откроешь их, я разбужу остальных, и они смогут уйти, — сказала Каллиопа. — Пора бы тебе начать, если не хочешь, чтобы я передумала и снова вырубила их.