— Да, сделай мне кофе, пожалуйста, — отвечаю, стараясь не смотреть на наше отражение в зеркале, и целую Элис в щеку.
И это тоже требует от меня немалых усилий. Целовать Элис. Каждый раз я должен убедить себя, что имею на это право, и каждый раз это дается мне с большим трудом. Но я знаю, что должен целовать ее, потому что это нормально. Потому что это правильно, целовать человека, которого любишь. Хотя, я не знаю, люблю ли ее. Судя по всему, чувство, которое я испытываю, именно так и называется. Но мне трудно это понять. Я прочел десятки книг по психологии, но мне все еще трудно разобраться в определениях.
Мое восприятие мира сильно отличается от общепринятого. Мое сознание прочно связано с памятью, и это препятствует адекватной оценки реальности. Я знаю это и пытаюсь с этим бороться. Мы часто говорим об этом с Фрэнком. Мы часто встречаемся у него дома или где-нибудь в кафе. Вся моя жизнь — один сплошной сеанс психоанализа. Даже когда я один, это не прекращается. Даже когда я один, я пытаюсь во всем разобраться, пытаюсь разложить все по полочкам и стараюсь быть нормальным. Фрэнк и Элис говорят, у меня неплохо выходит. Но по мне, так, я не сдвинулся еще ни на шаг. Они говорят, что если я каждый день буду стараться, если каждый день буду заставлять себя, то вскоре это войдет в привычку. Однако прошел уже почти год, а мне все еще приходится прилагать невероятные усилия, чтобы поцеловать Элис. Каждый раз, перед тем как лечь с ней в постель, мне приходится бороться с чувством вины и со своими воспоминаниями. Мне приходится бороться с четырнадцатилетним мальчиком, который убил своего отца. И честно говоря, не могу сказать, что я выигрываю эти сражения. Чаще всего, я просто закрываю глаза. Чаще всего я просто стараюсь не смотреть на свое отражение. Я думаю, может быть, это поможет.
С кухни доносится аромат только что сваренного кофе. Я захожу, и Элис ставит на стол две чашки.
— Как дела на работе? — спрашиваю я.
— Как всегда, с переменным успехом, — улыбается она. — А у тебя, Джон?
— Все в порядке.
Так мы живем много дней. Так проходит много вечеров, пока однажды я не принимаю решение больше не отворачиваться. Вернее, я решаю, что, раз уж так и не научился смотреть на самого себя без презрения и ненависти, так попробую смотреть на других. На других, таких же как я, таких же, как тот мальчик, с которым я никак не могу справиться. Я решаю, что если стану помогать другим, то и сам смогу выбраться из этого кошмара.
— Как твои пациенты? — спрашиваю.
— Как всегда, — Элис устало улыбается. — В последнее время много трудностей.
— Я бы хотел помочь, если это возможно.
— Джон! — усталость моментально сменяется радостью и воодушевлением. — Ты серьезно? Ты все-таки решился?
Я понимаю, что в мои слова трудно поверить. Элис неоднократно предлагала мне работать в их реабилитационном центре для детей и подростков. Она говорила, что у меня намного больше шансов достучаться до пациентов, чем у всей команды психологов, врачей и юристов, работающих там.
— Думаю, я мог бы попробовать, — отвечаю. — Только у меня ведь нет образования. Как отреагирует твое начальство?
— Я много рассказывала о тебе, — все-таки ее улыбка просто великолепна! — Они будут очень рады, если ты возьмешься помочь.
— И что же ты рассказывала? — мне не удается скрыть сарказм. Мне даже не удается перевести его в иронию.
— Что ты замечательный человек, — она перегибается через стол и целует меня в губы. — И что у тебя большой опыт.
— Да уж, с кем бы поделиться этим опытом.
Мне неприятно говорить об этом. Мне неприятно вспоминать о своем опыте. Мне неприятно, когда Элис называет меня «замечательным человеком». Потому что я знаю, что это не так. Мне кажется, она обманывает меня. Мне до сих пор кажется, что она лукавит, называя меня «замечательным». Но я стараюсь гнать от себя эти мысли. Я стараюсь верить ей во всем. Я стараюсь быть нормальным.
— Ну перестань, Джон! — Элис выходит из-за стола и обнимает меня. — Все же хорошо.
— Прости, — вздыхаю.
Мы возвращаемся в комнату. На кровати лежит открытая книга, с которой я уснул. Элис берет ее и переворачивает, чтобы увидеть обложку. «Клиническая психология. Посттравматический синдром. Причины и следствия. Автор: профессор У. В. Скотт».
— Это довольно редкая книга! — восклицает Элис. — Где ты ее взял?