- Поздно, ты попался, - говорил ему внутренний голос, - тебя зацепило, все…
- Неправда, это все блажь, - сопротивлялся мозг, - нежные руки, ласковый и умный взгляд – подумаешь, пройдет…
- Э, нет, - говорил ему внутренний голос, - и не пройдет и не забудется, это не забывается и это бесценно…
- Сформулируй, - требовал мозг, - обозначь проблему рельефнее…
- Ради бога. Даже в тот момент, когда ты считал себя куском мяса, с перебитыми, отекшими ногами, беспомощным, никому не нужным сломанным и загнанным животным, у которого не было сил даже укусить – она считала тебя мужчиной и воином, и просила твоего разрешения и согласия на то, чтобы ты принял ее помощь. Ты ведь помнишь?
- Конечно, каждую нашу слезу.
- Ты раньше чувствовал что-нибудь подобное?
- Никогда…
- Вот это и была точка невозврата… И теперь ты вылечишься и полетишь, это решено, можешь больше не сомневаться. Хелен – как космодром, ты – как ракета,"карандаш", на слэнге, и твой запуск – только вопрос времени. Ну, и твоих усилий, конечно.
- А что же мне делать со своей душой?
- Ты ведь еще смотришь Хелен в глаза, берешь ее за руку, говоришь с ней?
- Да, и она ко мне добра.
- Это потому, что ты болен и еще слаб.
- Только поэтому?
- Скорее всего. Не льсти себе, будь мужчиной.
- А ты жесток.
- А у тебя есть обязательства, ты помнишь?
- Помню, черт… Конечно, как без них.
- Вот и хорошо, что помнишь.
Валерий отвернулся к окну, и, казалось, что его душа переместилась за стекло и гуляет по улице, наслаждаясь свободой…
Бесшумно, как всегда, появилась Хелен, толкая перед собой кресло на колесиках.
- Это мой новый Боинг 747?
- Еще добрее… Это ступенька в космос, и ее надо освоить.
- Замечательно, я готов.
- Пробуем, я страхую…
- Я сам.
- Конечно…
Получилось не быстро и не сразу, и ее внимательные руки были еще нужны, но ему стало намного легче. Он мог двигаться, пока немного и аккуратно, но мог. И это была небольшая победа. Пока он осваивал аппарат, она неслышно встала за его спиной и, не торопясь, вывезла его в коридор, опять уступив управление ему. Получалось пока неважно, он ослаб и волновался, и снова его спина была надежно прикрыта.
- Я помогу только сегодня, хорошо?
- Да, только сегодня.
Они оба знали, что это условно, но так было легче отступать, а отступать он не любил. Она улыбалась уголками глаз, и он, наконец, успокоился…
Его не покидало чувство, что он находится в ее объятиях, невидимых, но теплых и надежных, и они оба идут по коридору, легко соприкасаясь ладонями рук, а коридор залит солнечным светом. Валерию казалось, что это – свидание, и они вот-вот купят билет в кино, сядут на последний ряд, и он ее поцелует. И, возможно, она даже ответит на его поцелуй… А возможно, уйдет. Может, она уже влюблена и у нее кто-то есть. Но все равно, сейчас они вместе и им хорошо...
- Меня надо выписывать, я превосходно себя чувствую. И мне пора уже готовиться к вылетам, на этой противной каше долго не протянешь…- заявил Валерий доценту, зашедшему в палату проверить его достижения.
- С удовольствием, - сказал Эдуард Анатольевич, который никогда не спорил с больными, - два теста и Вы – дома.
- Я готов.
- Армрестлинг. Кто победит – тот идет домой.
- Идет.
Они поставили руки на тумбочку, и Валерий проиграл. Ему незачем было знать, что доцент занял второе место в этом виде спорта по городу.
- А второй тест?- спросил он.
- А вторым заданием Вы должны выбрать на свое место симпатичного мужчину, которого можно подружить с Хелен недели на три, пока он не поправится и не запросится домой.
На секунду в глазах доцента промелькнула тоска и неразделенное чувство, и он не сумел это быстро скрыть, а они тут же посмотрели на него почти одновременно. «Вот черт… они поняли оба…как трудно иметь дело с умными людьми», - подумал он, но вслух сказал другое.
- Я с дежурства, устал. Прошу меня простить. А Вы, голубчик, Валерий Андреевич, не прошли оба теста.
- Я буду готовиться, доктор.
- Обязательно готовьтесь, уже недолго.
- Я принесу обед, Вы пока посидите в кресле, - сказала Хелен и ушла на пищеблок.
По дороге она резко вернулась и постучала в кабинет доцента.
- Войдите.
- Это я. У нас все хорошо?
- Через чур даже. Он думает, что задача небольшая и легкая.
- Это поправимо, пусть пару дней так и думает.
- И он влюблен.
- Это проблема?
- Пока нет, но он захочет большего.
- У меня есть страховка.
- В самом деле? Как такое возможно?
- Это важно для Вас или для него?
- Вот черт. Я прошу прощения. Не знаю, что со мной.