Она сложила письмо вчетверо, надписала адрес и сунула бумагу в щелочку. Через полчаса взвыл мотор, и старенькая дедова «Победа» выехала со двора.
«Какие шустрые дедки пошли нынче», — подумала Светлана и легла на топчан. От всего пережитого ее снова кинуло в сон.
19
После беседы с Шорниковой я поднимаюсь этажом выше, в отдел борьбы с хищениями социалистической собственности.
— Огарков? Знаем такого. — Лобастый майор вскидывает от бумаг пристально-острые глаза. — Фарцует помаленьку, ничего крупного за ним не числится. А что, у вас есть на него материал?
Я ответил: покамест нет, но в ближайшее время кое-что ожидается. Намекнул, что Огарков, вероятно, связан с валютчиками.
— А, вот это уже по нашей части. Прошу вас — держите нас в курсе. Нужны будут люди — поможем.
Я иду к Чекуру за дальнейшими указаниями.
— Да, валюта — это не наше ведомство. Нас Огарков может интересовать лишь как знакомый Тулиной, возможно, имеющий отношение к ее похищению. Пальцы проверены, в нашей дактилотеке они не зарегистрированы. — Чекур потер шею, призадумался. — Вот так, Дима, фактов нет, одни домыслы и догадки... Значит, вот что сделаем. Надо установить за Огарковым наблюдение. Проследить каждый его шаг, выявить все его связи. Глядишь, что-нибудь и нащупаем... Теперь второе. Не худо бы понаблюдать и за Сакулиным. Чем черт не шутит, возможно, ему известны какие-то связи Тулиной, о которых мы не знаем. Но в первую очередь — Огарков!
Вадим Огарков служил курьером в небольшой хозяйственной конторе. Это давало ему возможность целыми днями разъезжать по городу, заодно со служебными обделывая и свои личные дела.
С самого утра мы с Зутисом не выпускали из виду его зеленый «Запорожец». Можно было только удивляться разносторонним интересам и неуёмной деятельности скромного посыльного. Я еле успевал записывать адреса, которые он посещал.
Во всех скупочных и комиссионках Огарков был своим человеком. Балагурил с молоденькими продавщицами, для которых у него всегда была в запасе импортная жвачка. Интересовался, что из шик-модерна есть в продаже, на что особый спрос. В некоторых магазинах он сразу проходил в служебное помещение и застревал там надолго. Выходил довольный и улыбающийся, с объемистыми пакетами под мышкой. Потом подъезжал к жилому дому, забегал в одну из квартир, а оттуда выскакивал уже с пустыми руками. Однако, как нам удалось заметить, большую часть товаров Огарков доставал из машины.
— Обыкновенный барыга-дефицитоносец, — зевает Зутис. — Я чувствую, мы зря жжем на него бензин.
— Посмотрим, посмотрим, — я настроен более оптимистически. — Этот мелкий поставщик фирмака может нас вывести на крупную добычу.
Ближе к вечеру Огарков, созвонившись с кем-то по телефону-автомату, заехал в «Гастроном», взял три бутылки армянского коньяка. Садясь в машину, длинно и сторожко осмотрелся.
— Ну, Саша, теперь внимательно. По-моему, он что-то учуял...
И действительно, зеленый «Запорожец» стал вдруг петлять по улицам, стремясь оторваться от нашего »Москвича». Зутис не отставал, но и Огарков не прекращал своих попыток.
— Саша, давай ставить дымовую завесу. На повороте, где он твою машину не видит, я быстро выскочу и пересяду в такси. Ты некоторое время будешь его преследовать, потом сделаешь вид, что потерял. Я на такси провожу его до места, а ты поезжай смени Бурлака — он дежурит у дома Сакулина. Чуть попозже я к тебе подъеду.
Все получилось, как я планировал. На такси мне удалось проследить до конца путь Огаркова. Зеленый «Запорожец» остановился в новом жилмассиве у большого девятиэтажного здания. К моему удивлению, из машины вместе с Огарковым вылез маленький плюгавый человечек, этакий карлик-переросток. Когда он залез в машину — непонятно. А, может, все время там был?..
Выждав, пока Вадим и его спутник войдут в подъезд, захожу и я. Дверца лифта хлопает на седьмом этаже...
Я звоню из автомата Чекуру. Выслушав мое донесение, Виктор Антонович говорит:
— Пока квартиру трогать не будем. Это ж такой народец — начинает откровенничать, только когда ему все факты на блюдечке поднесешь. Пришлю людей, чтобы проводили их, когда будут расходиться.
Я дождался смены и отправился, как было договорено с Зутисом, к дому Анатолия Сакулина.
20
Когда Огарков и Тихоня прибыли на квартиру Иконникова, их уже ждали. Огарков сел в глубокое кожаное кресло, сразу утонув в нем по шею, Тихоня примостился под старинными, музейного вида часами, украшенными затейливой инкрустацией. Крылатые купидончики небрежно опирались на циферблат, символизируя неподвластность любви быстротекущему времени.