Я резко поднимаю голову.
— Ты думаешь, я вру?
Он колеблется, разинув рот, как рыба, выброшенная на берег.
— Ты думаешь, мне просто приснилось, что кто-то так сильно колотил в дверь, что чуть не сорвал ее с петель? Что я кричала как резаная и случайно разбила чертову лампу из-за кошмара?
— Ава… — Скотт замолкает, его голос звучит успокаивающе.
Его хватка ослабевает, когда я отстраняюсь от него и на цыпочках осторожно пробираюсь между осколками керамики, разбросанными по деревянному полу.
— Нет, — цежу я сквозь зубы, плотнее укутываясь в одеяло, чтобы прикрыть обнаженное тело. — Не надо. Я знаю, что слышала. Мне не показалось, Скотт.
Он проводит рукой по лицу, по бороде, и тяжело выдыхает.
— Я не говорю, что не верю тебе. Я… послушай, иногда мозг просыпается позже тела. Сны проникают в реальность. Со мной такое тоже случалось. Я не пытаюсь тебя уличить во лжи, ясно?
Я скрещиваю руки на груди, чувствуя, как дрожат мои конечности, хотя я и стараюсь держаться прямо. Тревога, которая поселилась у меня в животе, усиливается с каждым словом, которое он произносит, чтобы меня успокоить. Что-то ударилось о дверь. Я это знаю. Я почувствовала это по тому, как изменился воздух, и буквально кожей ощутила это.
Я понимаю, что он говорит. Я знаю это чувство, но это было не оно. Это было по-настоящему. И я не могу избавиться от ощущения, что все, что происходит там, в темные ночные часы, хочет этого. Оно хочет, чтобы мы вцепились друг другу в глотки. Хочет посеять раздор.
Скотт медленно подходит ко мне, подняв руки ладонями вверх, как будто он прекрасно понимает, что облажался. Я в двух шагах от того, чтобы развернуться и оставить его здесь с его дурацкими оправданиями.
— Иди сюда.
Я не двигаюсь с места.
— Прости, — говорит он. — Я не хотел, чтобы ты подумала, будто я тебе не верю. Просто… — Он вздыхает и сжимает губы, прежде чем продолжить. — Там никого нет, детка. Не может быть. Скорее всего, это был енот или койот, который рыскал в поисках еды. Это место находится далеко от цивилизации. Животные нередко подходят близко, когда чувствуют запах потенциальной добычи.
Его ласковый тон пытается успокоить гнев, бурлящий в моей груди. Но это не то, что может сдержать мое возмущение. Он снова назвал меня деткой. Я не могу отрицать, что это короткое слово что-то значит для меня. Это похоже на притязание в самом простом смысле.
Скотт не обращает внимания на мою упрямую позу и сокращает расстояние между нами, нежно притягивая меня в свои крепкие объятия. Его обнаженная кожа обжигает мою, пробуждая чувства, которые я испытывала пару часов назад.
Я не сопротивляюсь, хотя и хочу. Но правда в том, что я замерзла, измотана и возбуждена.
— Давай встанем с пола, — шепчет он мне в волосы. — Иди полежи со мной на диване.
Я позволяю ему вести меня, мои ноги онемели от холодных досок. Мы переступаем через груду мусора и направляемся к потертому кожаному дивану. Скотт берет дополнительное одеяло с нашей импровизированной лежанки на полу, встряхивает его и устраивается поудобнее, притягивая меня к себе.
Огонь в камине почти погас. Лишь тлеющие угли еще хранят свое тепло, но я не встану, чтобы снова разжечь его. Это будет еще один выбор, о котором я, скорее всего, пожалею утром.
— Я не буду спать, — шепчет он, касаясь губами моего виска. — Я буду охранять тебя, пока ты спишь. Теперь ты в безопасности, Ава. Ничто тебя не потревожит, даже кошмары. Я обещаю.
Я киваю в ответ, но не совсем верю его словам, какими бы искренними они ни были. Как Скотт может защитить меня от того, чего сам не признает? От того, чего я даже не понимаю.
Я крепче прижимаюсь к нему, пытаясь позволить ровному биению его сердца погрузить меня в бессознательное состояние или заставить почувствовать себя в безопасности.
Когда я закрываю глаза, мне не становится легче. Потому что я знаю, что слышала, и в глубине души понимаю, что это началось не сегодня.
Мои мысли возвращаются к прошлой ночи, когда я проснулась с криком, убежденная, что увидела что-то за обшарпанными шторами, задернутыми на окне. На долю секунды там мелькнула фигура, смотревшая прямо на меня. Я знаю это.
И все же в тот раз я ему поверила. Это был просто очередной кошмар. Но в какой момент я уже начну обращать внимание на убедительные доказательства? Если что-то произошло трижды, то это не совпадение, и такое нельзя игнорировать.
Что, если там что-то есть? Что-то, о чем Скотт не должен знать — во что он не должен верить.
Только я.
Что, если оно наблюдает и чего-то ждет? Но чего? Эта мысль укореняется в моем сознании, проникая глубоко под кожу.