— Добрый вечер, господа, — вежливо начал Лейф. Руки никто из нас не поднял. — Я адвокат мистера О'Салливана.
Полицейские повернулись к нему, смирно стоящему в моем костюме посреди газона, и не проронили ни слова.
Произнося «я адвокат», вы, словно нажимаете на пусковой механизм. Полицейские становятся обходительней, тщательно соблюдают протокол, а иначе, в случае суда, мы сможем предъявить им встречный иск. Дело, может, и не закроют, а вот неприятная запись в их личных делах появится — и прощай повышение. К несчастью, присутствие Лейфа также давало повод подозревать меня. Умей я читать мысли, услышал бы, как каждый из копов думает: «Да этот подонок считай сам признался, на кой черт ему тогда адвокат сейчас?»
— Чем мы можем помочь вам? — мягко спросил Лейф.
— Мы получили вызов, что здесь кто-то убивает людей мечом, — ответил один из них.
Лейф фыркнул, словно тот пошутил.
— Мечом? Это даже забавно. Такое новое ретро. Но разве тогда здесь не было бы признаков борьбы? Люди теряют конечности, вокруг кровь, и убийца с мечом в руках. Сами посмотрите, ничего такого нет. Все тихо и мирно. Наверняка, это подростки решили подшутить, позвонив в участок.
— Тогда почему вы здесь? — спросил полицейский.
— Прошу прощения, офицер...?
— Бентон.
— Офицер Бентон, меня зовут Лейф Хельгарсон. А этот молодой человек не только клиент нашей фирмы, но и мой хороший друг. Мы мирно сидели во дворе, обсуждали бейсбол, как вдруг появляетесь вы и наставляете на нас оружие. Кстати об оружие, не пора ли вам опустить его? Никто из нас не пытается угрожать вам.
— Сначала докажите, что безоружны, — ответил офицер Бентон.
Лейф медленно вынул руки из карманов, я сделал то же самое, и поднял их на уровне плеч.
— Видите, — сказал Лейф, шевеля пальцами, как пианист. — Нет никакого меча.
Офицер нахмурился, но пистолет все же опустил. Остальные неохотно последовали его примеру.
— Думаю, нам следует все вокруг осмотреть, просто удостовериться, что все в порядке, — сказал он, обойдя машину, и направился к дому.
— У вас нет веской причины проводить обыск, офицер, — сказал Лейф, грозно скрестив руки на груди. Свои я просто засунул в карманы.
— Звонок в 911 — веская причина, — возразил Бентон.
— Ложный вызов, который ничем не подтверждается. Единственная вещь, нарушившая сегодня покой в этом районе, вой ваших сирен. Если вы планируете обыск дома, вам придется сначала предъявить ордер.
— Вашему клиенту есть, что скрывать? — поинтересовался Бентон.
— Дело не в этом, офицер Бентон, — сказал Лейф. — Я защищаю моего клиента от необоснованного обыска или ареста. У вас нет права начать обыск жилища без веской причины. Звонивший сообщил о драке на мечах, которой здесь, очевидно, не наблюдается. Почему бы вам просто не вернуться к своим прямым обязанностям и защищать город от угроз реальных, а не вымышленных. Кстати, если звонивший — пожилой ливанец, проживающий в доме напротив, то он уже давно терроризирует моего клиента. В случае если он не прекратит, мы вынуждены будем выдвинуть против него иск.
Офицер Бентон выглядел крайне разочарованным. Он знал — просто уверен был — что я что-то прячу, и был прав. Но он не привык общаться с адвокатами — обычно с ними разбираются прокуроры — и, естественно, не мог настаивать на обыске, когда ничего вокруг не указывало на место преступления. И, похоже, офицер, приказавший, бросить меч, все-таки не мог видеть сквозь чары. С того момента, как вышел из машины, парень больше не проронил ни слова. Просто вспомнил информацию, которую сообщил звонивший в участок, ну и выпалил, не подумав. Ну как после этого верить «порядочным» гражданам? Однако Бентон не сдавался, решив переключиться на меня.
— Не хотите ничего добавить, мистер? — обратился он ко мне. — Может, знаете, почему нас вызвали?
— Не могу знать наверняка, — начал я. — Но, возможно, мистер Семерджян, мой сосед, просто решил меня достать. Видите ли, года три назад, мой пес сбежал и нагадил ему на газон. Я все убрал и несколько раз извинился, но он все еще пытается мне отомстить.
— Эй, я все слышу! — крикнул с крыльца Оберон. — Ты же сам разрешил мне!