— Кто-нибудь, вызовите парамедиков и наряд чёрно-белых, чтобы перекрыть улицу, — отдал распоряжения Джименес. — И прихватите видеозапись.
Хал присел возле меня на корточки.
— Мне нужно наружу, взять силу, — прошептал я. — Кровь затекла в лёгкое, — добавил я и, точно в подтверждение сказанного, схаркнул алый сгусток.
— Как он? — спросил Джименес, заглядывая через плечо оборотня.
— Помогите мне перенести его. Ему нужен воздух, — уверенно сказал Хал, но детектив отшатнулся.
— Э нет, надо дождаться парамедиков. Нельзя трогать раненого.
— Отлично. Сделаю это сам, — с этими словами Хал Хок просунул одну руку под мои плечи, а другую — под колени и, точно экскаваторный ковш, поднял меня.
Глупый коп. Тем, у кого в слугах ходят оборотни, помощники не нужны.
— Эй, если он умрёт, то его смерть будет на твоей совести.
— Если он умрёт, то подаст на меня в суд, — откликнулся Хал. — С дороги!
Оборотень боком прошёл через порог, переступил через неподвижное тело детектива Фэглса и опустил меня на газон. Я немедленно начал пить силу из земли, но от такого напряжения чуть не задохнулся. Осторожно вставляя слова между мгновениями кровавого кашля, я тихо говорил с Халом — так, чтобы никто не мог услышать, и начал затягивать раны.
— Мне нужен меч. Он невидим, но ты почувствуешь его на полке. Принеси его мне. И приберись тут. Счисть всю мою кровь, вылижи весь дом, чтобы ни капли не осталось. И свою одежду тоже.
Хал недоумевающее оглядел себя и, видимо, только сейчас заметил густо-красные пятна.
— Этот костюм стоит три сотни долларов.
— Да я вообще красавец. И проследи, чтобы дверь поставили на место. За Обероном тоже надо присмотреть.
— Да, я учуял его, — ответил Хал.
Я кивнул и продолжил:
— Он в магазине. Спрятан под тем же покровом, что и меч. Скажу ему, чтобы запрыгнул к тебе в машину.
— Хорошо. Тогда я открою дверь. Только предупреди его, чтобы не пачкал кожаные сидения.
— Сибарит (праздный, избалованный роскошью человек прим.пер.), — усмехнулся я.
— Аскет, — возразил Хал и исчез из моего поля зрения; пошёл открывать машину.
Сирены выли как баньши. Вложив в исцеление себя, любимого, столько сил, сколько мог вместить, я связался с Обероном.
«Ладно, Оберон. Подлечиться я смог, но меня в любом случае заберут ненадолго в госпиталь, а ты должен пойти с Халом. Вернусь завтра».
«Почему всё так сложно?»
«В лёгких и плевральной полости осталась жидкость, которая не рассосётся сама собой. Хал открыл дверь машины, специально для тебя. Постарайся выйти из магазина так тихо, как только сможешь и не наследи кровяными следами на асфальте. На выходе лежит труп, так что осторожнее».
«Тут много людей шастает».
«Скоро их будет ещё больше. Чем дольше ты ждёшь, тем больше будет полицейских. Я лежу снаружи, справа».
«Подожди».
«Что не так?»
«Вот эта малюсенькая игрушечная машинка принадлежит Халу?»
«Вот эта малюсенькая игрушечная машинка стоит больше, чем твой разобранный на органы хозяин. Поаккуратней с кожаными сидениями».
«Итак, я, словно ниндзя, должен прокрасться мимо копов, пройти по битому стеклу — ты же помнишь об осколках, не так ли? — избегая луж крови, и бесшумно запрыгнуть в эту крошечную машину, не цепляясь когтями за обивку? Так?»
«Прекрасный вывод. А теперь делай это, и быстро».
«Не гони. Пообещай, что устроишь мне свидание с французской пуделихой».
«Серьёзно? Ты решил поторговаться из-за очередной сучки именно сейчас, когда я валяюсь с простреленной грудью и харкаю кровью?»
«Оу, прости. Но же заслужил одну, и ты знаешь об этом. Я же был послушной собачкой».
Именно в этот момент вернулся Перри, который часом ранее ретировался под взглядом огненно-алых глаз Морриган.
— Вот дерьмо, босс! — заорал парнишка. — Это всё та чёртова птица, да?!
Глава 17