- Фу, как грубо! – она притворно вздохнула. – когда ты выйдешь? Я жду тебя снаружи.
- Камилла, иди домой. – я разозлился. - Пристала, как банный лист! - Уже сам себя проклял, что с ней связался.
- Нет, милый, нам надо поговорить! – она шикнула в трубку. Я вздохнул. Все, вечер будет похож на пытку. Не спеша одеваюсь, не думая о том, что она ждет меня уже пол часа. Закрываю кабинет, и медленно прогуливаясь по коридору выхожу на улицу. Камилла, конечно, же, никуда не делась. Стоит, как миленькая. Фу, уже сам ее миленькой назвал, противно! Заметив меня, она, цокая шпильками летит на встречу, врезаясь и цепляясь за пиджак своими цепкими ручонками. Так, вдох-выдох, на больных не злятся и не обижаются, их жалеют. Считаю до 10, отталкиваю ее.
- Ты, кажется, хотела поговорить.
- Ах, да, - спохватилась она. – завтра мы идем подавать заявление в ЗАГС. - она крутанулась на каблуках и снова запрыгнула на меня. Еле успел сгруппироваться, чтобы не упасть вместе с ней.
- Камилла, какой нахер, ЗАГС? Ты точно здорова?
- эй, не ворчи. – она снова надула губки. – мы всего лишь поженимся, и я тебе докажу, что я самая идеальная девушка на свете!
- Так, все, мне надоел этот цирк! Я устал, и еду домой. – я снова оттолкнул ее, пошел в сторону парковки, замечая, что она стоит на месте. Через несколько секунд до меня доносится ее крик, оборачиваюсь, понимаю, что она сделала это специально.
- Ее все равно не примут обратно учиться, даже если она восстановит документы. Я могу сделать так, чтобы ей, вообще, запретили приезжать в этот город! – она истерично кричала на всю парковку. Я открыл дверцу машины, сев на кожаное кресло, устало потер веки. Эта больная что-то продолжала кричать, но я уже выезжал и не слышал продолжения. Ни капли жалости, в том, что, я оставил на темной парковке девушку одну, у меня не было. Завтра наведаюсь к Каримову, попробую выяснить, что случилось с документами Ли.
22 «Стечение обстоятельств»
Амалия
День, сегодня, выдался паршиво-пасмурным. Хотелось свернуться калачиком, закутаться в одеяло и лежать, надеясь, что проблемы сами по себе рассосутся. Но, увы, надо было вставать, идти выяснять, что-же, на самом деле случилось с моими документами. Заварив чай, подумала о том, что не плохо было бы прихватить с собой диктофон. Ведь, действительно, я будущий журналист или кто? Подмигивая собственным мыслям, допиваю едва остывший чай, попутно, закинув печеньку, и собираюсь выходить. Стараюсь не шуметь, так как Цветкова спит, не очень хочется, чтобы она с утра устроила допрос. Ей, точно, ко второй паре, так что я успеваю.
Выйдя на улицу, зябко поеживаюсь. Промозглый ветер воет так заунывно, что хочется выть вместе с ним. Боевой настрой моментально улетучивается. Мда, над храбростью, еще стоит поработать. Почти бегом добегаю до главного корпуса, в надежде не попасть под дождь, и удача мне сопутствует. Только захожу, и он начинает лить, как из ведра.
Минуя пустой пост охраны, быстро пробегаю на пятый этаж, остановившись у нужной двери с табличкой «Каримов Игнат Ильич». Мешкаюсь на входе, но собрав волю в кулак и протянув руку, чтобы толкнуть дверь, буквально кожей чувствую на себе взгляд. Оборачиваясь, понимаю, что мурашки снова устраивают войну против разума. «Этому человеку верить нельзя!» Напоминаю я себе, в который раз, и все равно, отвожу взгляд от этих чертовски красивых глаз.
- Привет, а ты чего здесь? – решаюсь первая прервать неловкое молчание, отпустив ручку двери.
- Я рад тебя видеть, Ли. Почему тебя не было на парах? – он посмотрел на меня так внимательно, что я, ощутила себя подопытным кроликом. – Не смотря, на то, что мы друзья, я не буду делать тебе поблажки. – усмехается он.
- Никакие мы не друзья. – отмахиваюсь от него, как от назойливой мухи.
- А кто же? – Денис испытующе смотрит на меня, видимо, ожидая объяснений столь красноречивому заявлению.
- Не важно. – опускаю глаза вниз, испытывая бурю страстей в собственном сердце.
- Ладно, ты не настроена говорить, я понял. – он кивнул, и пошел в сторону перехода между корпусами. Открыв рот, смотрю ему вслед. «Боже, Амалия, соберись!» - командую сама себе, делаю пару резких вдохов и выдохов. И, все-таки, захожу в кабинет декана.
- Доброе утро. – робко мнусь на пороге, видя полноватого мужчину, с устрашающим выражением лица. Таким, будто он никогда в жизни не улыбался. Вот засада-то. Тихонько щелкаю в кармане диктофон, чтобы началась запись. – можно войти?