- Как ты узнала, где я живу? – осенило меня.
- Я же сталкер, ты забыл? – она облокотилась на подоконник, задумчиво посмотрев в окно. Обстановка, скованная недосказанностью, накалялась. Я закашлялся. Впервые, не знал, что сказать. Смотрел на нее, и мысли улетучивались из головы. Щелкнул чайник, оповещая, что он согрелся, но она не шелохнулась. Устремив взгляд в окно, о чем-то усиленно думала. Я вытащил чашки, заварил ароматный альпийский чай, достал зефирки. Она взглянула на меня с каким-то странным умиротворением.
- Прости, я редко пью чай дома. Поэтому только так. Пройдем в гостиную? – под ее кивок, я ловко подхватил чашки и коробочку с зефиром. – догоняй. – улыбнулся ей, и пошел первым. Услышав тихие шаги за спиной, понял, что она идет рядом.
- Нам нужно поговорить. – она присела на диван. – точнее, мне нужно высказаться. – она задумчиво посмотрела в стену, изучая узор на обоях.
- Продолжай. – я присел рядом.
- Нет, Денис, сядь пожалуйста на пуф, напротив. Если ты будешь сидеть рядом, мне будет еще сложнее с тобой говорить.
- Понял. – я поднялся, пододвинул пуф, присев, устремил на нее любопытный взгляд. Понятия не имею, что Ли хочет сказать, но она чертовски заинтриговала.
- Обещай, что будешь слушать внимательно и не перебивать.
- Обещаю.
Она вздохнула, скрестила руки. По ней было заметно, что разговор и приход сюда даются ей трудно.
- Когда ты появился. Тогда, на Новый год. Я не верила своим глазам. До последнего казалось, что тебя на том празднике не будет. Но ты был. Чем снова взбудоражил меня и все вспоминания. Да, когда я была мелкой, я следила за тобой. Сначала, потому что мы с тобой дрались, ты досаждал мне, и я хотела найти твое слабое место. Ты, почему-то считал, что только тебе дозволено меня изводить, от остальных же, ты меня всегда защищал. Зачем? ... Потом… - она вздохнула, снова. – Потом у тебя появились девушки, и ты забыл о моем существовании, но привычка следить осталась. – по глазам понял, что она слукавила. – в тот вечер, я поняла, что это не просто какой-то сталкеринг, странная одержимость тобой. Что ты мне нужен, как воздух. Но, раз за разом, ты причинял мне боль. – она отвернулась. – я зарекалась, больше не общаться и не видеться с тобой. К сожалению, в наших реалиях это было невозможно. А потом… Ты, со своей местью и детскими играми… Я не понимаю, за что, ты так сильно желал отомстить мне? - Ли начала крошить зефирку, я видел, как подрагивали ее пальцы, но оставался сидеть на месте. Чай уже остыл, но мы оба так и не притронулись к нему. – Кирилла уговорил, следить за мной, говорил унизительные вещи. Вел себя, как обиженный и тупой пацан! – в голосе появились истеричные нотки, но она держалась.
- Ли… я…
- Я не договорила! – резко перебила она меня. – Мне было больно. Очень! Но эта боль ничто, по сравнению с чувствами к тебе. Я не могу их искоренить, забыть, сжечь. Ты впечатался намертво тут! – она указала на сердце. – И, сегодня, я пришла, чтобы окончательно расставить точки. Я пойму твой выбор, приму любое твое решение. Но эта неопределенность, эти интриги… Так больше продолжаться не может. Нам нужно принять решение, которое устроит нас обоих. Мне сложно дается этот разговор, извини. – она тряхнула головой. – я хочу услышать, что ты думаешь по этому поводу.
Я словно в тумане, ловил каждое ее слово, взгляд, движение рук. На миг показалось, что мы не только в квартире одни, но и во всем мире. И все эти проблемы… Такие пустые. Сам не осознавая, присаживаюсь перед ней на колени. Беру лицо Ли в руки, произнося – Ты мое все… - Она смотрит на меня испуганным и не верящим взглядом. Я сам не понимаю урагана в своей душе, который поднимается, каждый раз, когда я смотрю на нее, когда она так близко. Из нас двоих, трус, однозначно, я. Не могу сдержаться, целую ее, целую со всей нежностью, на которую способен. Плевать на всех. Плевать на все! Вижу, как текут слезинки из ее глаз… Целую каждую, ощущая их безумную соленость. В этот момент, мне хочется укрыть ее от всех, защищать и никому не давать в обиду. Моя Ли, моя Милаха.
Амалия
- Моя… моя... моя… - он шепчет, целуя слезы, которые градом катятся по моим щекам. Повинуясь чувствам, прижимаюсь к нему, сползая на пол. Обвивая ногами его спортивный торс. Это точка невозврата. Смотрим глаза в глаза, порывисто дышим, не понимая, что происходит.