— Думаю, Лера справится.
Нам принесли еду и на некоторое время за столом воцарилось молчание.
Глава 31
Глава 31
Знаете, в жизни редко бывают идеальные моменты. Но этот был одним из них. Теплая еда, холодный напиток, красивый мужчина и отличный ресторан – я была счастлива быть на своем месте.
И все же…некоторые идеальные моменты портят совсем банальные вещи. Например, звонок телефона или, хуже того, твое собственное недомогание. В таком случае меня поймут только девушки. Ведь резкая боль, прострелившая низ моего живота, – явление знакомое только им. Я охнула от неожиданности и прижала руку к животу. Аркадий поднял голову, вопросительно кривя брови. На что я как ни в чем не бывало улыбнулась и предупредила, что отойду.
Благо, дамская комната в ресторане была аккуратной. Я поставила на раковину сумочку и уперлась в нее руками, часто дыша. Боль накатывала волнами. Словно стоило моему телу расслабиться, как она решила взять его на абордаж.
— Черт-черт-черт! — главное правило девушки после 14 лет – носи с собой таблетки от боли. Я серьезно. Вот именно в такие моменты они и могут понадобиться.
Закинув в рот обезболивающее, я быстро проглотила его и зажмурилась. Сказать, что я была расстроена, это не сказать ничего. Обычно в такие моменты я ложилась на диван, клала грелку и укрывалась пледом. Так мое тело чувствовало себя лучше. Но сейчас был не тот случай. Я была в ресторане с человеком, от которого, возможно, зависело мое будущее, моя карьера! И как сказать ему о моих проблемах? «Простите, но у меня прихватило живот?». Как же нелепо! А вдруг он испытает отвращение, когда поймет, почему именно мне стало плохо? Или…а что если подумает, что мне неприятно с ним ужинать и беседовать на отвлеченные темы? Черт-черт-черт!
Однако более оставаться в туалете было нельзя. У Винокурова могли возникнуть совершенно другие мысли о моих проблемах. Поэтому наскоро пригладив волосы и ополоснув горящее лицо, я насухо вытерла руки и поспешила обратно в зал ресторана. И какого же было мое удивление, когда рядом со столиком, от которого я отошла максимум на пять минут, уже стояла какая-то девушка! В ярко-красном коктейльном платье! При ближайшем рассмотрении это оказалась его бывшая пассия. Некая модель. Я читала о ней в СМИ. Но о них писали мало. Мол, «видели их на частной вечеринке», или «модель запостила фотографию с одиним из самых завидных женихов России».
От последней мысли я даже затормозила. Наверное, только в этот самый момент до меня дошло, с кем я ужинала сегодня, с кем препиралась о предназначении человека и кому рассказывала про салфетки. Он же миллионер! Уверенный в себе человек, отстраненный, умеющий планировать все на два шага вперед бизнесмен, а еще я сама лично нашла ему невесту!
Нужно было пользоваться случаем и говорить о работе, просить дать интервью кому-то или больше улыбаться на фото. Мы должны были обсуждать это, а не Анну Каренину или Булгакова!
Снова взглянув на о чем-то говорящую парочку, я еще больше загрустила. Должна ли я была ворваться в их общество и сказать что-то? Или мне лучше было оставаться на месте и не отсвечивать, пока эта львица, стреляющая глазами на моего шефа, не отступит прочь?
Вот только ответить на этот вопрос мне было не суждено, потому что меня вдруг окликнули…
— Екатерина Воронцова?
Развернувшись, я вперилась взглядом в мужчину, сидевшего за столиком неподалеку. Блондин с голубыми глазами. Светло-коричневый пиджак, белая футболка и штаны. Шульгин.
— Ох, приветствую вас, Арсений, — я улыбнулась ему и снова кинула взгляд на парочку, разговаривающую за нашим столиком.
— Что же вы встали там? Присядьте ко мне, у меня есть, что вам сказать, — он улыбнулся и опустил голову, насмешливо разглядывая меня. Да, джинсы, да, футболка! Мне вдруг захотелось гордо вздернуть голову и плюнуть на него и его надменный взгляд. Но воспитание знаете ли…
— Чего вы хотели? — я присела на край бамбукового кресла и сложила руки на коленях.
— Может, что-нибудь закажете? Я оплачу… — я сморщилась. Какой же слизкий тип.