Три года назад умерла от рака его жена Барбара.
Клод, оказавшись во главе дядиной фирмы, показал себя очень успешным предпринимателем. Фирма за 30 с лишним лет превратилась в серьезную компанию. Своим наследником Клод считал племянника жены Жоржа Савиньи.
Много раз Клод пытался лечиться от амнезии, но ничего не помогало.
Звонок его сотрудника Роберта Арзуманяна из Киева дал ему надежду. Несмотря на то, что метод профессора Малярова был признан в Украине антинаучным, а его самого назвали «шарлатаном от психиатрии», на подсознательном уровне Гольдману хотелось верить учёному. Наведя справки о деятельности Малярова, фармацевту стало известно, что фиаско профессора связано с лечением импотенции состоятельного украинского бизнесмена. Но лечение неврозов и амнезии дало, тем не менее свои положительные результаты. Многие пациенты вылечились…
И вот они встретились. Швейцарский фармацевт и украинский профессор, доктор наук.
«Мсье Маляров, я оплатил операцию Вашей дочери. Ее там ждут!».
Гольдман был вежлив и учтив.
Маляров отметил, что ему нужно некоторое время для воссоздания устройства и проведении эксперимента.
Затем попросил, чтобы Гольдман предоставил всю информацию о себе с раннего детства, детские фотографии, фото близких людей.
Гольдман жил в уютном двухэтажном доме на окраине Лозанны.
Маляров поселился в доме Гольдмана, предупредив, что привык каждое утро делать пробежки и заниматься в тренажерном зале.
Гольдман рассказывал о себе:
«Я родился в Женеве в 1962 году, по рассказам близких. Дед моей матушки Сары Жак Гольдман перешёл из иудаизма в протестантизм. Моя мать работала врачом-терапевтом, никогда не была замужем. Кто на самом деле мой отец, я не знаю. Ни матушка, ни дядя, никто из тех моих родственников, кто мне известен, никогда мне не снились.
На момент аварии я учился в медицинском колледже на фармацевта. По утверждению людей, знавших меня, я был замкнут, любимой девушки не имел.
Среди семейных фотографий я нашел фото матери с каким-то мужчиной. Он часто посещал меня в моих снах. Я не могу знать, кто это».
«Можно взглянуть? – спросил Маляров.
«Пожалуйста, мсье Маляров, - Гольдман протянул фото.
На фото вместе с Сарой Гольдман был седоватый стройный мужчина со спокойным, уверенным взглядом.
«Я нахожу, что я был чем-то на него похож даже. Может быть, это мой отец. Интересно узнать, кто это…»
Слово «был похож» имело смысл. После аварии Клоду сделали несколько пластических операций и его лицо сильно изменилось.
«Мсье Гольдман, Вам известны события непосредственно перед той аварией, в результате которой Вы лишились памяти?»
По дороге из Женевы в Лозанну 30 ноября я попал в ту ужасную аварию.
Мои документы сгорели. Меня опознали по медальону.
«Вы допускаете возможность, что Вы можете быть не настоящим Гольдманом, а другим человеком? Ваше лицо было сильно повреждено при аварии, опознали Вас по документам. Если удастся узнать, кто этот человек на фото, возможно, многое прояснится.
«Когда я после нескольких месяцев между жизнью и смертью стал снова приходить в себя, многие мои знакомые отмечали, что я сильно отличаюсь от того Гольдмана, которого они знали. Манеры у Клода были совсем иные, попроще он был…»
Пётр Эдуардович рассказал Гольдману о себе, своей семье, показал Гольдману фото на мобильном телефоне
« … Вот моя супруга Наталья и дочь Нэлли».
«Мне почему-то кажется, что я мог где-то видеть Вашу дочь, мсье Маляров. Но это же нереально!» - удивился Гольдман.
«Нет, это исключено, она никогда не была в Швейцарии. Возможно, моя Нэлли кого-то может напоминать из Вашей прошлой жизни. Интересно, кого?»
Малярову случай с Гольдманом показался очень интересным. «А может, это не Гольдман? Кто тот мужчина на фото? Вероятно, его уже нет в живых… Расспросить знакомых его матери? Почему он сам это не сделал?
Тем временем, Наталья Петровна Малярова и Нэлли прилетели в Париж. Перелет оплатил Гольдман.
Маляров увлеченно работал над воссозданием устройства, общался с Гольдманом, совершал прогулки по Лозанне.
Каждый день Пётр Эдуардович связывался с женой и дочерью.
Спустя неделю после его прилета в Лозанну Нэлли сделали операцию.
С нетерпением Пётр Эдуардович ждал каждого звонка от жены, сам регулярно звонил ей.
И вот, наконец!
«Здравствуй, дорогой Петенька! Нашу доченьку прооперировали. Операция прошла успешно. Нэлечка идёт на поправку! Я так счастлива!