- Нет! Я хотел сказать только о внешнем впечатлении. Но суть всегда глубже и противоречивее. Поймите это, Анн!
Она продолжала стоять у камина, задумчиво глядя в огонь.
- Разве исключена возможность, что утверждения Брадлея правдивы? Я имею в виду груз, который я перевозила в автомобиле. Скажите, я в самом деле перевозила наркотики?
Марк с досадой подумал, что девушка, очевидно, была убеждена в этом. Вся система, которую он возвел для того, чтобы оградить себя от опасности, неожиданно рухнула. Как это случилось? Когда? Теперь? Или ранее, в суде? Не узнала ли она чего-нибудь более точного и достоверного? Он деланно рассмеялся.
- Великий Боже, надеюсь, вы не верите словам Брадлея! Этот человек всегда лгал. Каждый полицейский - по натуре лжец. Наркотики!? Какое страшное обвинение возводите вы на меня!
Она в сомнении покачала головой.
- Я никогда не хотела верить этому, всегда слепо доверялась вам, полагая, что выполняла работу Ронни. И эта мысль настолько устраивала меня, что я не хотела ни над чем задумываться. Но теперь я сознаю, что заблуждалась. Я не могу забыть этого Смиза. Я разглядела его через глазок в двери моей камеры. Он был ужасен, он походил на дикое животное...
- Вчера его приговорили к казни, - опрометчиво произнес Марк, и у нее вырвался сдавленный крик. - Впрочем, это в порядке вещей - каждый должен отвечать за содеянное. Ему придется познакомиться со Стэном, с палачом.
- Но это ужасно, Марк! - воскликнула она.
Он усмехнулся.
- Я очень рад, что Тизеру не довелось увидеть этого Стэна. Воображаю, как он задергался бы от страха. Бьюсь об заклад, что он скончался бы тут же на месте!
- У вас железные нервы.
- У меня вообще нет нервов, - уточнил Марк. - А теперь давайте потолкуем о вашем переезде. Я полагаю, что вы будете прекрасно себя чувствовать в моей квартире. Я не стану надоедать вам своим присутствием и, если угодно, то сменю штат прислуги...
- Почему? - удивилась она.
- Я полагаю, что вы будете себя чувствовать на первых порах неловко при нынешних слугах.
- Вот оно что! - с усмешкой протянула Анн.
Марк взглянул на нее и вдруг ощутил непреодолимое желание, заставившее его отбросить всякую осторожность. Она стояла рядом с ним. Стоило лишь протянуть руку и... В следующее мгновение он стремительно привлек ее к себе и страстно поцеловал в губы. Девушка не сопротивлялась, даже не шелохнулась. Подобная реакция сразу охладила Марка, и он выпустил ее из своих объятий.
Анн спокойно направилась к столу и медленно раскрыла сумочку.
- Вы видите это, Марк?
В ее руках блестел маленький "Браунинг".
- Зачем вы носите при себе огнестрельное оружие? - жестко спросил он.
Анн ответила не сразу, помедлив минуту.
- Если вы еще раз позволите себе нечто подобное, то я застрелю вас!.. В голосе ее звучала сталь. - Я не собираюсь впадать в истерику по поводу вашего поведения и не питаю вражды к вам. Но я предупреждаю...
Марк озадаченно замолчал. Наконец вяло произнес:
- В сущности вы подымаете шум из-за пустяков.
В это время раздался стук в дверь.
- Для меня этот пустяк означает очень многое, - ответила Анн и вышла из комнаты. На лестнице она столкнулась с мистером Зедеманом, высоким стариком патриархального вида. Увидев его доброе лицо, она забыла о недавних неприятностях.
- Рад видеть вас, дорогая мисс Перрмен! - почтительно приветствовал он. - Наконец-то я вышел из тюрьмы. А вам тогда повезло!
Она рассмеялась.
- Насколько помнится, мы были с вами товарищами по несчастью, мистер Зедеман. Мне, право, очень жаль, что вас осудили.
Марк вышел в прихожую и пожал руку Зедеману. Несмотря на то, что не питал к старому грешнику особых симпатий, он был рад тому, что его появление изменит к лучшему настроение Анн. И действительно, без всяких уговоров Анн вернулась вместе с Зедеманом в квартиру Марка.
- Вы уже отослали вашего дворецкого? - бесцеремонно осведомился Зедеман. - Он был очень славный человек и имел обыкновение угощать меня.
Марк указал ему на шкафчик.
- В нем вы найдете что-нибудь выпить. Где вы теперь живете?
- Во всяком случае, не в приюте. Я поселился на частной квартире. Правда, муж моей квартирной хозяйки не особенно любезен, он находит, что я слишком внимателен к ней. Но ради Бога, не заподозрите в этом что-нибудь дурное...
По-видимому, Зедеман рассчитывал, что ему удастся поговорить с Мак-Гиллом наедине. Анн поняла это и поспешила удалиться.
- Что вам угодно? - не очень дружелюбно спросил Марк.
- Я хочу просить вас о поддержке. Сейчас я нуждаюсь в некоторой сумме денег. Мне предстоит оплатить большой счет моего врача.
Марк прищурился.
- Сколько же это может продолжаться?
- Надеюсь, что скоро этому будет положен конец, - смиренно ответил Зедеман.
Марк зло взглянул на него, но, по-видимому, это нисколько не смутило гостя.
- Вы, наверно, всерьез полагаете, что я принадлежу к числу людей, у которых можно безнаказанно вымогать деньги. Откровенно говоря, я вообще сомневаюсь, были ли вы тоща в числе свидетелей в "Леди Стерс".
- Я никогда не утверждал этого, но я был возле дома. Вы этого не знали, пока я сам не рассказал вам. Я всегда выполнял поручения старого Ли Джозефа, а он мне сообщил, что собирался в тот вечер послать в Скотленд-Ярд необычайно важное письмо. Я ждал внизу...
- Ли Джозеф ушел из дому, - медленно сказал Марк.
- Нет, он был дома. Я слышал его голос, - спокойно возразил Зедеман.
Мак-Гилл направился к двери и проверил, действительно ли Анн ушла к себе.
- Вам никогда не приходило в голову, что с вами могут столь же быстро покончить, как это случилось с Ли Джозефом?
Зедеман в ответ пробормотал что-то неразборчивое об уважении к сединам.
- В сущности, все ваши слова не более чем необоснованные подозрения, продолжал Мак-Гилл. - Но, с другой стороны, разве вам не приходило в голову, что вы сами во многом замешаны? Ведь в случае доноса того же Тизера вы оказались бы по уши впутанным в эту историю!
- Мистер Тизер никогда не пойдет на такую подлость! Я не могу себе представить, чтобы он осмелился это сделать человеку, которому должен быть благодарен за все.
Марк улыбнулся.
- Я вижу, что теперь вы начинаете все это рассматривать под иным углом зрения.
Мистер Зедеман налил себе стакан виски.
- Вы правы, я ничего не видел, - я только подозревал вас в этом. Я осмелился доложить вам не лишенную интереса теорию, и вы были столь любезны, что поддержали ее.
Марк вынул из кармана банкноту, внимательно оглядел ее и передал Зедеману.
- Вот вам десять Фунтов. Но я хочу, чтобы вы поменьше пили и появлялись здесь пореже.
Затем он вынул из кармана золотую табакерку и протянул Зедеману.
- Не угодно ли попробовать? Возьмите понюшку, и вы будете поражены тем, какое это доставляет наслаждение. Вы никогда не пробовали?
Мистер Зедеман нагнулся к табакерке и внимательно осмотрел белое кристаллическое вещество, находившееся в ней. - Вы искушаете меня? - с упреком спросил он.
- Одна понюшка доставит вам больше радостей, чем бутылка виски, подзадоривал старика Марк.
Неожиданно Зедеман взял у него из рук табакерку, направился к камину, и прежде чем Марк успел осознать происходящее, высыпал ее содержимое в огонь.
- Проклятый осел! Отдайте табакерку! - взревел Марк и схватил старика за руку, но тот оттолкнул его с такой силой, что Марк отлетел в противоположный угол комнаты.
- Я сверну вам шею! - воскликнул Мак-Гилл, пораженный силой старика.
- Еще не родился человек, которому это было бы под силу, - спокойно ответил Зедеман.
Марк вспомнил, к сожалению, слишком поздно, что Зедеман недаром, несмотря на преклонный возраст, внушал всем страх своей огромной физической силой.