Снейп фыркнул. Потом лениво достал палочку и наложил вокруг заглушающие чары.
- Нам надо поговорить, - объяснил он свои действия.
Гермиона кивнула.
- Вы что-то узнали? - спросила она.
- И да, и нет.
Снейп выплюнул травинку.
- Самое занятное из того, что я узнал, это то, что большинство волшебников, занимающихся вопросами перемещения во времени, просто исчезали. Как говорят магглы, черт унес.
- Как в легенде о докторе Фаусте?
- Да. Кстати, доктор Фауст и занимался подобными исследованиями. Причем он использовал именно зелья, а не специальные устройства вроде наших хроноворотов. Но, как вы понимаете, записи Фауста для меня недоступны. Так переговорил кое с кем из Праги.
- И что вы узнали? - не утерпела Гермиона.
- В основном это домыслы. Во-первых, вы использовали зелье. А, во-вторых, с вами был новорожденный ребенок, которого вы признали своим. Причем очень сильный маг.
- То есть, Арчи как-то сумел защитить меня? - удивилась Гермиона, бросив взгляд на младенца, наблюдающего за бабочками.
- Его магия. Малыш остался один на целом свете, а вы пообещали защищать и оберегать его. Неважно, как произнесена клятва. Магия почувствовала ваше намерение и установила связь. Грубо говоря, вы необходимы для благополучия этого ребенка. Поэтому вы и остались здоровой. Корявое объяснение, но другого нет.
- Ясно, - кивнула Гермиона, - спасибо.
- Не за что.
Некоторое время они молчали. Арчи захныкал. Гермиона убрала бабочек и достала бутылочку. Малыш принялся за еду. А потом, довольный, заснул.
Вдруг Гермиона почувствовала, как ей на талию легла мужская рука. Она замерла.
- Что там с нашим уговором? - промурлыкал ей на ухо Снейп.
Горячее дыхание обжигало нежную кожу. Гермиона поежилась.
- Думаете, я забыл?
- Нет, я...
Он притянул ее к себе, увлекая на траву...
Вокруг жужжали насекомые. Травы пахли пряно и сладко. И целоваться Мастер Зелий умел...
Над ними кто-то оглушительно кашлянул. О, нет! Гермиона вырвалась из рук Снейпа, подхватила корзину с Арчи и бросилась к замку.
- Хагрид! Какого лысого гоблина! - услышала она сзади.
- Ну я это... то есть... - оправдывался великан.
Гермиона добралась до своих комнат, отдала Арчи Динни, а сама без сил рухнула на кровать. Она, что действительно только что целовалась, забыв про все на свете? И если бы не Хагрид? То... Черти бы взяли Хагрида... Теперь о ее отношениях со Снейпом узнают все.
Глава 3. Странности
Торжественный ужин в Хогвартсе по случаю начала года. Шумные студенты, тихие первокурсники, потрясенные убранством Большого зала. Из-за стола преподавателей все выглядело несколько иначе. К тому же на Гермиону никто не обращал внимания. Лишь несколько взглядов мазнули по новенькой в чепце колдомедика. Конечно, ведь здесь она не была «Той-Самой-Гермионой-Грейнджер».
Шляпа спела веселую песенку, началась церемония распределения. Большинство имен ничего не говорили Гермионе. Вот только...
- Лестранж Аделина!
- Слизерин!
Неужели дочка Беллатрикс?! Хотя нет. Ее дети уже закончили Хогвартс, а внучка только родилась. Наверное, дочка Рабастана.
- А теперь попрошу поприветствовать помощницу нашей медиковедьмы мисс Гермиону Грейнджер.
Она встала и поклонилась. Ей вежливо похлопали.
- И нашего нового преподавателя ЗОТИ, мистера Поттера.
Поттера? Гермиона взглянула вдоль стола. Рядом с Дамблдором раскланивался высокий черноволосый парень в очках. Гарри? Это другой Гарри, напомнила она себе. Этот Гарри никогда не был ее другом. Он унижал и мучил ее. И сделал калекой.
Она встретилась глазами со Снейпом. Тот еле заметно кивнул ей. Она вздохнула и опустила глаза. Мерлин, вот еще одна проблема! После того, как им помешал Хагрид, Снейп вел себя как ни в чем ни бывало. Словно этих жарких поцелуев и не было. Дьявол! Разве что... сам чувствовал себя недостаточно уверенно со своей новой старой ученицей.
Вообще, было над чем подумать. Кроме того, что все были живы, какие-то вещи остались неизменными. Тот же Хагрид, например, по прежнему был лесником, жил в хижине и преподавал Уход за магическими животными. И так же был лишен волшебной палочки. А задавать прямые вопросы было опасно. Гермиона вспомнила, как Снейп наложил заглушающие чары, прежде чем заговорить с ней о перемещениях во времени. Чего он боялся? Или кого? Хм... А его поцелуи могли быть частью игры. Если бы кто-нибудь наблюдал за ними, то увидел бы обычную любовную сцену. Почему-то от этой мысли стало противно. Не то, чтобы она жаждала ухаживаний Мастера Зелий... но сознавать, что тебя целуют только для отвода глаз... Обидно...