Сельские задиры немного отступают. Все-таки разъяренный Волчек это зрелище не для слабонервных. Но ведь и они не пустое место. Тем более четверо.
— Пришел проведать свою магглу, гаро? — Гастингс явно позирует. — Не поздновато ли?
— Ты бы шел, куда идешь, ликано, — Волчек почти рычит.
— Ты на девку свою лай! — опять вступает рыжий. — Не можешь бабу в узде держать, так перед мужиками не позорься.
Молниеносное движение Волчека я не успеваю даже уловить. «Гвардеец» уже на земле, рука вывернута, он шипит от жуткой боли.
— Еще ценные советы, ликано? Или помиримся, — голос Волчека спокоен. От этого, по-моему, должно сделаться страшно. Все-таки, несмотря на запредельный гнев, он полностью контролирует ситуацию.
Гастингсу же неймется. Он бросается к Волчеку, но я успеваю перехватить его. Не так эффектно, как наш друг оборотень, но цель достигнута: двое самых главных «бойцов» под контролем.
— Предлагаю разойтись по домам, господа, — с преувеличенной галантностью говорит Волчек.
— Ты дурак, гаро, — Гастингс скатывается на банальное хамство. Конечно, трудно продолжать играть героя, когда тебя держат за горло. — Твоя баба путается с колдуном, а ты его прикрываешь.
— Со своими делами я уж как-нибудь сам разберусь, ликано.
И тут на сцену выходит, собственно, предмет раздора. Итак, Сарита, что у нас сегодня за роль?
— Они все выдумали, Волчек!
Боже мой, как трогательно: оболганная супруга, не иначе. Дездемона, мать ее!
— Я в городе была. Блэк меня охранял.
Вижу, как по лицу Волчека пробегает судорога. Но он принимает ее игру. А роль Отелло ему идет!
— Дома поговорим, — холодный голос, суровый взгляд. Браво, Волчек. Спектакль для сельской публики удается на славу. Сара побитой собакой проскальзывает мимо оборотней и робко прячется за спиной нашего друга. Я отпускаю горло своего противника. Волчек тоже ослабляет хватку.
— Проваливайте. И советую больше не лезть на рожон, а то как бы Обри не узнал…
Магические слова действуют. Оборотни не то чтобы пугаются, но желание драться пропадает, как по волшебству.
Всю дорогу до нашей хижины мы молчим. Волчек грубо тащит за собой Сару. Та старается не отставать, то и дело спотыкается, бормочет ругательства, но сопротивляться не берется. Я плетусь сзади, размышляя о случившемся. Сказать, что чувствую себя нашкодившим котом, это просто ничего не сказать. Интересно, Волчек нас сразу убьет или соизволит выслушать. Хотя… что тут говорить? И так ясно, что идиоты.
У дверей дома Сара все же не выдерживает, вырывается из железной хватки и дергает дверь, едва не сорвав ее с петель.
— Все! Хватит уже, — шипит она. — Наигрался в рогоносца и баста.
Дверь захлопывается перед носом у Волчека. Из него вдруг как-то в одночасье уходит вся злость. Он разводит руками, поворачивается ко мне.
— И как это понимать? — на лице растерянность, почти уничтожившая следы былого гнева.
— Нашей примадонне не понравился твой сценарий, Волчек.
— По шеям бы этой примадонне, — ворчит он, но я уже вижу: отпустило.
Значит, взрыва не будет? Очень надеюсь. А то с Сары станется сейчас склоку затеять. И я даже понимаю, зачем. Наша подруга умеет все, кроме одного — оправдываться. И если я вообще что-нибудь понимаю в женщинах, то сейчас Волчек окажется виноватым.
Скандал не состоялся только благодаря выдающейся выдержке Волчека, ибо Сара сделала все, чтобы довести оборотня до белого каления. Но он, взяв волю в кулак, игнорировал ее выпады и разговаривал исключительно со мной. Я старался излагать все сухо, не скатываясь до оправданий. Видимо, это мне все же удалось, потому что Волчек, хоть и хмурился, но бросаться обвинениями не спешил… Потом он встал, подошел к Саре, которая сидела за столом, вызывающе выставив подбородок, и спокойно произнес:
— Ладно. Что сделано, того не воротишь, — он провел рукой по лицу и помотал головой, будто стараясь окончательно избавиться от гнева. — Давай, девочка, покажи, ради чего ты так рисковала.
— Да никакого риска… — начала было Хиддинг. Я невольно скорчил рожу, Сара это увидела и умолкла на полуслове. Ну, слава богу, дошло! Суетливо порывшись в своей котомке, вытащила пакет с фотографиями. Пока мы с Волчеком рассматривали сарину добычу, она сидела на столе возле меня и нетерпеливо кусала ногти.
Новые фотографии не слишком сильно отличались от той, что мы видели раньше. На некоторых фигура человека в мантии отсутствовала вовсе, на других была столь же расплывчатой и нечеткой. Однако, на парочке снимков разглядеть что-то было возможно.