— Эх, знал бы, вмешался, — Алан даже по колену себя хлопнул в запальчивости. — А так… Волчек хотел, чтобы Крауч ничего не заподозрил.
— То есть, ты хочешь сказать, что Петтигрю теперь живет у этого министерского?
— Живет? Хм. Не уверен. Он приходил один раз. И… понимаю, это отдает паранойей… он явился не один. А в свете того, что ты мне рассказал про эту крысу, я почти уверен, что это был кто-то из них.
— Пожирателей?
— Бывших, — Эл сказал это с интонацией, которая ясно давала понять: он не верит в раскаявшихся преступников.
— Ты кого-то узнал?
Он посмотрел на меня несколько озадаченно, хрустнул костяшками и как-то не вполне уверенно произнес:
— Видишь ли, Блэк, я его не видел.
— То есть? — не понял я.
— Это трудно объяснить: на уровне чутья.
— А Волчеку ты об этом рассказывал?
— Нет. Хотел сначала удостовериться, что не ошибся. Да и вообще… — он ухмыльнулся в бороду, — должен же я знать цену информации, которую продаю.
Я сидел, глядя в пространство и не понимая, что же мне делать с этим новым подарком судьбы. Хотя подарочек, надо сказать, был весьма сомнительный. Разоблачить предателя я уже разок попробовал. И что вышло? Министерские трусы просто проигнорировали очевидное в угоду удобной для них лжи.
— Я заплачу тебе, Эл, — сказал я после довольно продолжительной паузы.
— Просто переведи деньги на счет в Гринготтсе…
— Постой, — перебил я его довольно бесцеремонно, — это еще не все.
Гринвуд удивленно уставился на меня.
— Хочешь предложить мне еще что-то?
— Да. Проследи за ним. В долгу не останусь, — ответил я, стараясь подражать его бесстрастному тону бизнесмена. Алан же наоборот расхохотался.
— Прекрасная сделка! Получать двойную плату за одну и ту же работу — это мне нравится.
Он наклонился к моему уху и шепнул цифру.
— Согласен.
— Вот это деловой подход, — потер руки Гринвуд и встал. — Идем. Я провожу. А то Волчек небось сейчас закипит. Твой друг поклонник единоначалия. Да и Крис его, поди, уже до белого каления довел, — последнее было сказано тоном, который никак нельзя было назвать сочувственным. У меня даже сложилось впечатление, что Гринвуда чрезвычайно забавляет мысль позлить своего работодателя. Такое чувство юмора было мне близко и понятно. Я усмехнулся.
— Послушай, Гринвуд, а ты точно в Равенкло учился?
— А ты точно в Гриффиндоре? — парировал Эл.
— Уел.
В этот момент в дверях возникла высокая фигура оборотня. Он был явно на грани, когда терпение грозило с треском лопнуть. Видать, неуемный Крис со своими ужимками и впрямь доконал традиционно мыслящего Волчека.
— Этот гомик меня достал! — буркнул мой друг.
— Да брось, это Крис еще не старался, — ухмыльнулся Эл. — Он тебя робеет!
Гринвуд шагнул к выходу из комнаты и махнул рукой, приглашая нас следовать за ним. Пока мы спускались, Волчек жаловался, что-де Крис приглашал его выпить на брудершафт, причем по явному отвращению в голосе оборотня можно было судить каких титанических усилий ему стоило сохранять дружелюбие в отношении упомянутого бармена. Собственно, от того, чтобы надавать «педику» по морде, Волчека удерживало только нежелание портить отношения с Элом. Я с подозрением глянул на бородатого равенкловца, но тот, заметив, живо прояснил ситуацию.
— Это не то, что ты думаешь, Блэк. Крис мой брат. Он вообще-то неплохой парень, но простофиля феноменальный.
— Он действительно педик?
— Крис предпочитает говорить «гей», — с легкой иронией заметил Эл и, хмыкнув немного смущенно, добавил: — Хотя женщинами тоже порой не брезгует. Крис удивительно любвеобилен. От этого все его беды.
Когда мы спустились в зал, я понял, что невольно ищу черты сходства между суровой хмурой внешностью наемника и его экзотического брата. Ничего общего не находилось. Никогда бы не подумал, что они братья.
Крис засуетился, стреляя глазами и строя умильные гримасы в сторону отчаянно старавшегося его игнорировать Волчека. Но парень надежды не терял и в приступе пресловутой любвеобильности порывался угостить всех нас выпивкой «за счет заведения», за что получил нагоняй от прижимистого Эла, обозвавшего брата «тупым барсуком». Ха! Так вот оно что. Кабак-то называется «Ворон и барсук». У братишек сентиментальные воспоминания юности?
— Совместный бизнес? — вполголоса спросил я Гринвуда, кивая в сторону бара, над которым красовались кривовато нарисованные, но все же узнаваемые хогвартсевские эмблемы.
— Совместный? — чуть сдвинув брови, переспросил Эл, а потом досадливо махнул рукой. — Да какой это к едрене-матери бизнес. Так… Криса пристроил, чтобы не вляпался ни во что. А дельце доход приносит сомнительный. У здешнего люда дыра на кармане, а у кого в кошельке брякает, сюда редко захаживают. Ни девок, ни картишек… тоска одним словом. Я ж не твой дружок Волчек, чтобы притон содержать. А из моего братца вообще бизнесмен, как из мельника сапожник.
— Он с Хаффлпаффа? — хотя глупо было спрашивать.
Эл кивнул с недовольной гримасой и тут его словно прорвало. Мне кажется, столько слов одновременно — если это, конечно, не касалось работы — я не слышал от него с момента нашего знакомства ни разу.
— Крис всегда был жизнерадостным простачком, — рассказывал Эл, прислонившись к стене и устало потирая плечо, — ему на барсучьем факультете самое место было. Он Хогвартс по сей день, как рай земной, вспоминает. А вот настоящая жизнь не по нему, тут жопу подтирать никто не станет. Беда моего дорогого братца в том, что в удовольствиях себе отказывать он не умеет. Живет, как последний день. Вот и вляпался как-то по самое не балуй. Мне его собственноручно арестовывать пришлось, я тогда еще на министерство батрачил. А Крис только зенками своими хлопал, мол… я ничего, я тут ни при чем. Идиот! От тюрьмы его кое-как отмазал. Он ведь, в сущности, и не делал ничего, просто потащился за очередным любовником… Блядь! — он в сердцах махнул рукой. — Да что там говорить! Уж не знаю за какие грехи, но Крис мне явно в наказание послан.
Я слушал его и недоумевал. Интересно, что это он так со мной разоткровенничался? Или я просто, что называется, «под рукой оказался». М-да. Что тут скажешь? Выражать сочувствие я отродясь не умел да оно Гринвуду не особенно было и нужно-то.
— Я заплачу тебе, — сказал я, чтобы стереть возникшую было после элова монолога неловкую паузу, — а ты постарайся разузнать, что к чему.
Эл посмотрел на меня, прищурив левый глаз, а потом хлопнул по плечу.
— Заметано, Блэк, — потом ухмыльнулся, разгладил бороду и добавил: — Никогда бы не подумал, что с грифами можно вести дела. Но ты, Блэк, пожалуй, исключение. Даже странно, что шляпа в свое время тебя в Слизерин не сунула.
— Про тебя могу сказать то же самое.
Гринвуд выпятил нижнюю губу и бросил презрительно:
— Пожалела! Куда уж грязнокровке на факультет избранных. Не так разве?