На следующее утро мне было стыдно смотреть Гарри в глаза, но своего я добился: свадьбу отложили на неопределенный срок.
Итак, жизнь моя была безмятежна и наполнена смыслом, но с каждым годом я чувствовал, что этот смысл начинает куда-то ускользать. Дети взрослели и отдалялись от меня, работа при всей ее напряженности стала время от времени казаться рутинной, утратив новизну. Все чаще я стал замечать, что ищу, чем бы себя занять, и не нахожу.
А однажды ночью — как сейчас помню, зимой девяносто девятого, накануне сорокалетия — мне приснилась Хиддинг. Мы бегали с ней по каким-то чердакам, она прыгала с крыши, приземляясь, как кошка. Убегала, палила из пистолета. А я бежал за ней и никак не мог догнать. Зачем мне это было нужно, я так и не понял. Наконец, я загнал ее в тупик. Сара стояла и улыбалась своей змеиной улыбкой. А потом я ее убил. Авадой.
Проснулся я с отвратительным привкусом крови на губах — ударился о тумбочку у кровати, когда метался во сне.
Этот сон не давал мне покоя всю неделю. Где она? Что с ней? С тех пор, как мы расстались на ступенях зала суда, я ничего не слышал о Хиддинг. Как-то было не до нее. И вот теперь меня мучила совесть. Все-таки я кое-чем ей обязан, да и вообще… Старый друг, если не считать парочки эпизодов. Через неделю я сдался и отправился искать Сару.
Ее дом в Лондоне я помнил смутно и нашел только благодаря собачьему чутью. Кто бы мне рассказал, как оно работает? Мне открыли почти сразу после звонка в дверь. Я уже набрал воздуха в легкие, но приветствие застряло у меня в горле. На пороге стояла высокая широкоплечая брюнетка с елочной гирляндой в руке и с интересом взирала на мою потрясенную физиономию.
— Вы к Вальтеру?
— Нет, — голос у меня был, как у простуженного попугая. От шока.
— А кто вам нужен?
— Са…Миссис Хиддинг.
— Хиддинг, Хиддинг, — темные брови сошлись на переносице и тут же взлетели вверх. — А-а-а, так это прежняя хозяйка! Она давно здесь не живет.
— Как давно? — вот ведь я идиот. Почему я решил, что Сара обязательно здесь? Ну, конечно: продала дом, переехала. К чему ей одной такие хоромы? Или уже не одной? От этой мысли что-то неприятно кольнуло под ребрами.
В прихожей показался мужчина. Высокий, наголо стриженный. Он белозубо улыбнулся и спросил с едва уловимым акцентом:
— Милая, а это кто?
— Этот господин ищет прежнюю хозяйку, — обернулась к мужу брюнетка.
— А! Мадам Хиддинг. Она уехала. Говорила, что собирается за границу.
— Вы давно ее видели?
— Мы живем здесь уже… — он быстро произвел подсчеты. — Да, года четыре с небольшим.
Когда я спускался, слышал, как женщина сказала мужчине: «А она мне показалась такой милой дамой, а тут какой-то уголовник». Что ответил мужчина, я не слышал.
Следующий визит я нанес тому самому Брайану, который, как я помнил, служил в полиции вместе с Хиддинг. Сам полисмен был на службе, мне открыла его жена. Полноватая, словоохотливая, она немного напомнила мне Молли Уизли. На мой вопрос о Саре она сделала грустное лицо и затараторила про то, что «бедняжка натерпелась», а ее еще по службе понизили, а ведь это заработок, а она одна и так далее и тому подобное. Через десять минут у меня опухла голова от ее воркотни, так что я поспешил ретироваться. Уже отойдя от дома, я заметил подъехавшую полицейскую машину. Слава богу, Брайан! Я запоздало сообразил, что даже не знаю, как к нему обратиться. Не по имени же к малознакомому человеку?
За эти пять лет Брайан немного располнел и весьма сильно полысел. Когда я спросил его о Саре, он мрачно уставился на меня и бросил:
— Зачем вам Хиддинг?
— Ну, скажем так: я ее старый друг. Хотел узнать, как она.
— Она в порядке.
— Вы знаете, где она живет?
— Нет. Я последний раз видел Сару несколько лет назад. После процесса. Ее оправдали, но понизили по службе и отстранили от детективной работы.
Это я знал и без него.
— А потом?
— А что «потом»? — Брайан даже ногой притопнул от возмущения. Нет, все-таки он славный парень, не зря Сара к нему за помощью шастала.
— Она ведь не пойдет в патрульные. Гордая. Вот и уволилась. Сказала, что тех, кого надо, она из любого места достанет. И ведь не соврала. Малышка Сара все-таки свалила этого… — он вполголоса назвал фамилию, которая лично мне ничего не говорила. — Да неужели вы не слышали? По ящику, наверно, с месяц это обсасывали, только Хиддинг ни словом не упомянули, мол, служебная проверка и все такое. Сучата.