— Ну, видишь ли, это я бешенный, а Питер терпеливый. Он может надолго затаиться. Совсем как тогда, с Джеймсом. Я теперь думаю, он года три не меньше работал на Волдеморта, а сорвался только на Поттерах. И ведь мы ему, гниде, верили.
Опять возникла пауза. Да такая длительная, что я подумал, что Гарри уснул. Но он снова спросил:
— Сириус, помнишь, когда мы были еще в Литтл-Уингинге, ты говорил, что тебе нужна помощь…
— Да.
— Ты ведь затем меня и разыскал: хотел просить об этом.
— О чем? — я догадывался, что он скажет, но мне хотелось оставить себе возможность возразить.
— Шпионить за Роном?
— Господь с тобой, Гарри. Нет, конечно. Мне важно поймать Петтигрю, и я надеюсь, ты поможешь мне. Не знаю как, но помощь мне явно понадобится. Но я искал тебя не затем, чтобы сделать из тебя «агента», а потому что хотел увидеть, поговорить и… чтобы хоть ты не считал меня предателем и убийцей.
— Я и не считаю.
— Боюсь, скоро ты услышишь обо мне такое, что твоя сегодняшняя уверенность в этом сильно поколеблется, — я горько усмехнулся. — Воображаю, что там пишут газеты, а уж что болтают… Даже предположить страшно.
— Но теперь-то я знаю правду. Пусть болтают…
— Спасибо, — господи, аж в горле защипало, еще не хватало слезу пустить. Тьфу, Сириус, старый дурак!
— Знаешь, — я изо всех сил старался придать голосу веселость, — Сара убеждала меня не искать тебя. Называла сентиментальным идиотом.
— Ты ей рассказал?
— Иначе она бы мне не поверила и не стала бы помогать. Сара полицейский, очень опытный. У нее железная хватка и просто удивительная способность вытягивать информацию. Я так откровенно даже под Сывороткой правды говорить бы не смог.
Гарри привстал на локте и взглянул на спящую Хиддинг, словно хотел убедиться в том, что она нас не слышит.
— Жалко ее, — прошептал он, снова ложась.
— Она сильная. Если бы мы делали ставки, у кого из нас двоих больше шансов выпутаться из передряги, я бы не задумывался ни минуты.
Глава 8.
Волчек разбудил нас около восьми. Он был мрачный и заметно нервничал. Потряс меня за плечо и поманил за собой. Когда мы оказались в коридоре, оборотень быстро огляделся и тихо проговорил:
— Мальчишку надо бы уводить отсюда.
— Думаешь, его будут искать?
— Ты что с дуба свалился, Блэк. А надзор? Да и он ведь не просто подросток. Обычно «белая кость» сюда не суется. Ну… кроме очевидного, — это сопровождалось весьма недвусмысленными телодвижениями, — но ради Золотого Ребенка, уж поверь, аврорская братва пролезет куда угодно. А мне лишние проблемы ни к чему.
— И куда?
— На кудыкину гору, — сердито буркнул Волчек, — своей головы что ли нет? Веди в Косой. Не знаю… в «Дырявый котел» или еще куда.
— И как я там появлюсь? — я тоже окрысился. — Здравствуйте, я Сириус Блэк!
— Попроси Сару. У нее ведь на лице не написано «Я маггла». Объясни, как пройти, а то хочешь, — он сделал многозначительную паузу, — я объясню. Пусть проводит мальчишку, а потом вернется. Я встречу.
Мысль вообще-то была здравая. Не стоит Гарри тут оставаться. Он, правда, боится, что ему крепко влетит за его выходку с тетей. Но я то был уверен почти на сто процентов, что моему крестнику это сойдет с рук. Дамблдор уже небось пол-бороды себе вырвал, когда Гарри смылся из дома. А если мой мальчик сейчас появится, то ему на радостях и не то простить могут.
Когда я зашел, Гарри и Сара сидели рядом, и моя подруга что-то тихо втолковывала мальчику, а тот хмуро слушал.
— Сара говорит, мне надо уходить, — он посмотрел на меня с какой-то надеждой.
— Волчек советует то же самое.
Гарри опустил плечи, а потом вдруг выпрямился и сердито оглядел «этих взрослых».
— Понятно! А ты ведь обещал…
— Гарри, скажи, ты хочешь вернуться в Хогвартс или нет? — я старался придать своему голосу грозную интонацию. Получалось плохо.
— Конечно, только меня наверняка уже исключили, — упрямый взгляд. Все подростки упрямы как ослы. Сарина мысль подтверждается.
— А вот я в этом не уверен.
Я в двух словах изложил свои доводы. Сара одобрительно кивала. Пожалуй, ее способность мыслить логически иногда передается и мне, известному психу. Но упертость моего крестника, как почти неприступная крепость, не сдавала оборону.
Глядя на мои попытки уговорить мальчишку, Сара сначала скептически улыбалась, а потом начала хмурится. Я был готов поспорить, что Хиддинг едва сдерживается, чтобы не наорать на нас обоих. И я почти не ошибся.