— Что-то не так? — я старался говорить спокойно.
— Всё так, всё так, — все еще гаденько улыбаясь, проскрипел старикашка, вертя свечу своими неприятно шевелящимися пальцами.
— Ты что-то хотел от меня, старик? — спросил я поднимаясь.
Он невольно отступил на шаг.
— Ничего, вовсе ничего. Что может хотеть такой червяк вроде меня от благородного Блэка?
Ох, не нравиться мне этот тон! Попахивает предательством. Волчек говорил, что тут безопасно, но что если оборотень ошибался и Аптекарь решит, что сумма, обещанная за мою поимку, будет неплохим подспорьем в его хозяйстве. Однако, его следующая фраза дала мне понять, что дело вовсе не в деньгах.
— Как поживает твоя сиятельная сестрица Беллатриса? — издевательски поинтересовался он.
— Сияет в Азкабане, насколько мне известно. А ты, я вижу, знаком с ней?
— Знаком, знаком, — он зашелся кашляющим смехом, — твоя сестричка щедра на подарки. Очень щедра, да-да.
Я быстро глянул на Сару, та внимательно слушала разговор, который, очевидно, не понимала. Хотя угрозу, кажется, оценила. Я решил спросить прямо:
— И теперь ты в память о ней сдашь меня властям?
— А это было бы неплохо. Да неплохо. Десять тысяч, однако, — он поднес свечу ближе, еще раз внимательно оглядывая меня подслеповатыми глазами, как будто зверя, которого собирался купить у торговца, — благодаря милейшей Беллатрисе я лишился всего, а ее красавчик-кузен поможет мне поправить дела. Какая ирония, не правда ли?
— И что скажет на это Волчек? — голос Сары был холоден.
Старик быстро перевел взгляд на нее и, мне показалось, слегка вздрогнул. Но потом снова заулыбался, по-старчески тряся головой.
— А-а-а маленькая смелая магглочка, которая любит играть в игры? Думаю, Волчек будет рад, если Блэк вдруг… исчезнет. Ага, исчезнет. Тогда новая игрушка достанется ему.
Я решил, что пора было прекращать это разговор. Если есть угроза, надо уходить. И быстро.
— Послушай, старик, — я старался говорить как можно жестче, решив, раз нет оружия буду действовать наглостью, — если у тебя какие-то счеты с Беллатрисой, то поверь, я не имею к этому никакого отношения. Наши пути разошлись давно. Очень давно. К тому же, моя кузина получила по заслугам…
— Твоя сестрица не получила бы по заслугам, даже если бы ее поцеловал дементор! — от его тона мне стало не по себе, старикашка явно не так уж беспомощен. — Эта чистокровная шлюха убивала ради удовольствия. Откуда мне знать, что ты не такой же?
— Придется поверить моему честному слову.
Аптекарь опять засмеялся, сотрясаясь всем телом.
— Честное слово Блэка… Это дорогой товар. Да-да. Беллатриса обещала оставить меня в живых и сдержала обещание. После трех часов пыток. Чего не скажешь обо всех остальных.
Проклятье! Вот угораздило же нас так влипнуть. За моей кузиной тянется такой кровавый след, что, похоже, смоет и нас с Сарой. За компанию.
— Послушай, мне не известно, что тебе сделала моя кузина. Но, повторяю, я не имею к этому отношения. Я ушел из дома в шестнадцать и с тех пор не общался ни с ней, ни с кем другим из моей семьи. И, если тебе это интересно, я никогда не был на стороне Волдеморта, чтобы там про меня не писали газеты.
По лицу Аптекаря было не понятно, поверил он мне или нет. Но тут вмешалась Сара.
— Думаю, — сказала она самым «дипломатичным» тоном, — мы окажем нашему дорогому хозяину любезность, Блэк, если просто уйдем и не будем отравлять ему жизнь неприятными воспоминаниями. Надо сообщить Волчеку, — она вытащила из кармана фишку и демонстративно повертела ее в руке.
Аптекаря как подменили. Он засуетился, нервно замахал руками, отчего свеча тут же потухла, и начал быстро бормотать:
— Не стоит, не стоит. Ночь на дворе, опасно. Да, да. Очень опасно. И… вы уж простите старика, тут ведь как… работа у меня нервная, ну вспылил маленько, — он заискивающе посмотрел на Сару, — и не нужно его беспокоить, там сейчас самое горячее время. Сердиться будет. Да вы ложитесь. А если что нужно: поесть там, или выпить, то зовите не стесняйтесь.
— Так, говоришь, не беспокоить его? — настойчиво повторила Сара.
— Не надо, милая девочка, не надо. Пожалей старика. Я тут и так с трудом перебиваюсь, только Волчек меня и прикрывает. Не хочу злить его, а то мало ли, что случится…
— Ну хорошо, не стану.
Сара убрала фишку в карман и вперила свои темные глаза в Аптекаря.
— И еще, запомни: Волчек не будет рад, — она подчеркнуто громко сказала эти три слова, — если Блэка схватят. Что бы ты там своим грязным умишком не навоображал.