Я понимал. Вероятно, из-за того, что когда-то плотно общался с Люпином. Мой друг, хоть и не был оборотнем от рождения, также обладал этой «звериной» способностью слышать то, о чем молчат, видеть то, что хотят скрыть: в движениях, манерах, привычках. Ремус всегда безошибочно угадывал эмоциональные оттенки речи, разгадывал тайные мотивы поступков… Но он был при этом слишком добросердечен и простодушен, чтобы использовать подобные знания с выгодой для себя. Волчеку подобное бескорыстие было чуждо. Теперь я понял, как ему удается держать в узде всех тех темных личностей, что работают на него.
Я сказал ему об этом. Волчек спокойно кивнул, словно признание его исключительного дара было делом привычным, а потом произнес:
— Сара такая же. Вот только откуда у нее это?
— Вероятно, опыт. Она же детектив… или как это у магглов называется.
Волчек покачал головой.
— Опыт здесь мало что значит. Такое либо есть, либо нет, — он все еще не отрывал пристального взгляда от Хиддинг, а потом вдруг резко развернулся ко мне. — Вы ведь не любовники?
— Это вопрос или утверждение?
Еще один внимательный взгляд нечеловеческих глаз. Усмешка-оскал и короткое:
— Я так и думал.
Волчек потянулся, легко оттолкнулся от стены и, встав почти вплотную ко мне, насмешливо добавил:
— Тебя она пугает… человек, — в его устах последнее слово приобрело чуть ли не оскорбительный смысл, впрочем тут же сглаженный дружеским похлопыванием по плечу, — Сара настоящая волчица. Хоть и маггла.
В это время Сара и Стефани закончили свою беседу и подошли к нам. Уличная девица была слегка всклокочена, нервно теребила пояс платья и то и дело хмурилась. Я понял, что Сара ее чем-то неслабо озадачила и теперь дамочка пытается переварить полученную информацию. Что ж, как я уже давно замечал, моя подруга умела убеждать.
— Стю, будь осторожна, — голос у Хиддинг был мягкий, «не полицейский», — у меня нет выбора, сама понимаешь… но я не хочу подставлять тебя.
— Я постараюсь. Хотя в том, о чем ты просишь, от меня проку мало… Я всего лишь девка, а у… ну, ты поняла… нет привычки говорить о делах в койке.
— Мне важна любая информация, так что… просто слушай. В этом тебе нет равных.
Девица грустно, словно через силу, улыбнулась.
— Ладно. Сделаю, что смогу.
Сара приблизилась Волчеку.
— Проводи Стефани назад. И… — она подмигнула, — заплати девушке. Она славно поработала.
Оборотень приподнял бровь.
— На тебя, Сарита.
— А мы разве не партнеры? — сарин голос был таким приторно сладким, что аж скулы сводило. Правда, уже после секундной паузы она снова стала собой, рассмеявшись. — Разрешаю тебе вычесть это из зарплаты, босс!
Волчек щелкнул пальцами.
— Заметано, девочка.
Возвращались мы тем же путем. Волчек шел быстро. Он как никак пожертвовал своим рабочим временем ради прихоти Сары и теперь спешил вернуться в свое заведение. Мало ли что. Хиддинг всю дорогу молчала, по-видимому, анализировала то, что наговорила ей Стефани. Она так задумалась, что уже на подходе к месту споткнулась и чуть не свалилась в сточную канаву. Я подхватил ее за руку, она машинально поблагодарила, а потом сердито окликнула Волчека:
— Эй, мы что на пожар опаздываем. Может, сбавишь скорость?
— Мы и так задержались по твоей милости, — бросил оборотень через плечо. — Тебе кстати сегодня работать, Сара, так что не зевай.
«Да уж, что-что, а выгоды своей Волчек не упустит», — подумалось мне. Вроде как он все это затеял ради нашей безопасности (по крайней мере, по его собственным словам), но и из своей «любезности» старается выжать все, что можно. Удалось заполучить профессионального покер-дилера, так давай… используй ее по полной.
— А как насчет меня? Или у меня сегодня выходной?
— У меня не богадельня, Блэк, если ты еще этого не понял. Будем играть…
В заведении Волчека нас ждал взмыленный Берти. Он набросился на своего босса с упреками, где мол Волчек шляется, когда тут такое… Что именно «такое», он объяснить не успел, потому что Волчек осадил его в таких выражениях, что мне показалось: Берти неожиданно уменьшился и стал ýже в плечах. Это выглядело комично. Оборотень распорядился, чтобы нас Сарой опять «обрядили» к выходу в зал, но тут возникло неожиданное препятствие. На Хиддинг не действовало Оборотное зелье.
То есть, оно действовало, но как-то… нетрадиционно. Проще говоря, превращаться Сара не превращалась, а вот самочувствие у нее резко ухудшилось. А уж если совсем прямо: Хиддинг попросту вырвало в умывальник на глазах у «изумленной публики» в нашем с Волчеком лице. Оборотня это озадачило. Правда, ненадолго.