«Остановись!» Опять лай. Он не слышит меня.
Черт! В глазах темнеет. Кот обеими лапами бьет меня по носу. Недаром я в собачьем виде всегда инстинктивно берегу эту часть тела. Боль адская! Она пробуждает дикую звериную злобу. Не удивлюсь, если мои глаза сейчас налиты кровью. Изо всех сил бью гада передней лапой. Но кот быстрее!
Шипит. Это я слышу ухом. И одновременно в голове опять злой голос:
«Не возьмешь! Не достанешь!»
Огромным прыжком бросаюсь к нему. Он отскакивает, выгибает спину, подпрыгивает на месте. Боком, типично по-кошачьи. Дразнит меня, дергая хвостом.
Проклятье! Как эту тварь остановить? Или сбежать?
«Трус!»
Не то чтобы смех, но очень похоже. Коты умеют смеяться? Сириус, ты сходишь с ума.
Изо всех сил сжимаю зубы, чтобы не залаять.
«Я не трус! И не враг!».
И он, наконец-то, слышит меня.
Шерсть, ставшая было дыбом, опускается. Походка неуловимо меняется. Он не приближается, двигаясь словно вдоль большого круга, очерченного вокруг меня. Но и не убегает.
«Ты человек!»
«Человек».
«Крыса тоже человек».
Крадется ко мне, поджав уши. Садится. Взгляд в глаза, пристальный, гипнотический. Так умеют только кошки.
«Крыса моя!» Черт! Я реально разговариваю с котом. Это просто в голове не укладывается. А ведь я анимаг с шестнадцати лет! Хотя, чему удивляться, Сириус? Ты ведь никогда не пробовал это делать. А вот теперь поневоле…
«Я нашел крысу. Я ее убью. Гадкая крыса. Убийца. Враг».
«Твой враг?»
Рыжая шерсть опять топорщится. Из мягких лап лезут когти. Ба! Да это настоящие сабли. Воображаю, что творится у меня на спине после такой атаки.
«Не мой. Хозяйки. Крыса уже убивала. И еще убьет».
Хозяйки? Так ты, голубчик, фамилиар! Тогда понятно, почему кот напал на меня: фамилиары чуют угрозу. Хотя какая от меня угроза? Ведь я даже не знаю, кто эта самая хозяйка.
«Девочка. Добрая. Дове-е-ерчивая».
Или я совсем спятил, или я слышу иронию. Сириус, очнись. Это кот. У них нет чувства юмора. Или есть?
Рыжий лениво встает и плавной походкой прохаживается вокруг меня. Потягивается.
«Твоя хозяйка не знает про крысу?»
«Никто не знает. Запрещает мне убивать ее. Глупая».
«У крысы тоже хозяин?»
«Глупый мальчишка». Фыркает по-кошачьи, оскаливает рот. Да уж, зубы у него под стать когтям. Пожалуй, Питера и перекусить может. Если поймает, конечно.
Я нагибаю голову, заглядываю коту в глаза. Он замирает. Мы сидим так, наверно, минуту.
«Крыса убила друга. Она моя». В этих словах вся сила убеждения, на которую только способен человек и… пес.
«Твоя!». Кот встает, поворачивается спиной и нетерпеливо дергает хвостом. Я делаю шаг за ним. Он оборачивается, шипит.
«Туда нельзя. Люди. Тебя прогонят. Крыса сбежит. Ждать».
Вот ведь… Даже кот и то умнее тебя, Блэк! На кой черт ты сюда полез? Как будто не догадаться, что кругом охрана.
«Следи за ним. Но не тронь».
Опять дрожь хвоста. Недоволен? И правда, фамилиару никто кроме хозяина не указ. Тем более подозрительный пес. Кот мягкой поступью приближается ко мне. Обнюхивает. Холодный нос почти касается моего, желтые глаза с расширившимися в полумраке зрачками глядят пристально и оценивающе.
«Ты не враг, человек. Я помогу».
Интересно, почему он так решил? Кот доверяет псу? Вот это номер. Хотя, что мы — люди — вообще знаем о котах. Вот я анимаг, и то в ауте от того, что сейчас происходит. А другие? Кому рассказать — не поверят. Разве что Хагрид. У него со зверьем свои высокие отношения.
«Второй мальчишка. Твой запах. Он хозяин?»
«Друг. Он знает про крысу».
Опять шипение. Конкуренция явно не по душе коту. На секунду задумываюсь, уж не позволить ли этому рыжему чудовищу расправиться с Питером по-своему. Какая, однако, ирония: пожирателя смерти сожрал кот!
«Уступаешь?»
Зверь плотоядно облизывается. Я рычу.
«Он человек. Умрет по-человечьи».
«Ты тоже глупый. Мальчишка».
Я согласен с ним на сто процентов. Пускай и по совсем другой причине. Дурак, мальчишка, нетерпеливый олух… и еще дюжина подобных эпитетов.
Кот легко вспрыгивает на кирпичную стену. Я задираю голову, коротко лаю.