— Сможем ли мы возвести укрепления, как на Онге и расстрелять врага в поле? — спрашивал Мацуура, наслушавшийся рассказов Садаки.
— Я бы не стал на это рассчитывать, господин, — Гванук с поклоном ответил сам, не уточняя у своих командиров. — Пушек только восемь, а не двадцать, как было при Онге.
— А почему старый генерал дал так мало пушек? — нахмурился командующий.
— Да простит мне мои слова, господин, но и восемь — это излишне. Дело не в пушках, а в порохе. Зарядов у нас примерно на 15–20 выстрелов из каждого орудия. Это всё, что осталось после большой битвы. Так что против войск в поле лучше не использовать, пушки больше пригодятся при штурме замков. Возможно, штурмовать придется не один и не два.
Квадратный самурай (Гванук слышал, что так его прозвал сиятельный) мрачно сопел, но не спорил. Понимал, что на штурме замка можно и тысячи людей положить. И он прекрасно помнил, что чосонцы захватили невероятно крепкий замок Аябэ за полдня… сорвав ему, тем самым, хитрый план по уничтожению этих самых чосонцев.
Боги играют с людьми… Теперь Хисасе Мацуура — один из виднейших помощников генерала Ли Чжонму. Который из его рук получил и старшинство в своем клане, и целую провинцию в управление, и свободу, а, возможно, даже и жизнь. Разве измеришь благодарность за такое?
До провинции Хиго войско дошло без проблем. На западе острова Тиндэй есть огромный залив. Если на его западном берегу находится гористая провинция Хидзен, на северном — плодородная Тикуго, то на восточном — как раз Хиго, с которой не всё просто. Вдоль берега места равнинные (по ним и шло войско Мацууры), а вот в глубине — огромный горный массив с пологими склонами и, как бы, «снесенной» вершиной. Навроде плато.
Армию вторжения встретили еще у побережья, неподалеку от замка Кумамото. Не войско, не послы, а большая и странная делегация. Помимо стражи из самураев и ямабуси, основную массу ее составляли священники. Гванук удивился и обратился за разъяснением к Мацууре.
— Асо — один из древнейших кланов Ниппона. Испокон веков они считаются хранителями и защитниками храма Асо-дзиндзя. Многие из Асо — сами священники. И храм этот на Тиндэе очень уважаем. Он оберегает весь остров от убийственных стихий.
Командующий добавил, что в храме почитается 13 ками — местных духов — старшим из которых был некий Такэйватацу. Внук первого священного императора и брат второго.
— Интересно, а почему это императорского родича чтут здесь, на Тиндэе? — подивился адъютант (вернее, советник!). — Ведь этот остров подчинился императорской власти много-много позже первых правителей.
— А вон у этих и спросишь, — кивнул в сторону жрецов Мацуура.
Но поговорить по душам не вышло. Священники набросились на южан с укором, с проклятьями и чуть ли не с руганью.
— Подите прочь от священных земель Асо! Тревожные времена настали! Мы денно и нощно оберегаем покой нашей земли! Прочь, прочь, нечестивцы!
Всё это было проделано изощренно, с пениями, плясками, воскурениями и призывами сил ками. Даже иноземец Гванук заробел от всего этого. Он привык, что духов местностей надо чтить, даже если они чужие и не покровители твоей семьи, твоей общины. Духи мстительны…
По счастью (для дела Южного двора) Мацуура нисколько не впечатлился этими телодвижениями. Лениво развалившись в седле, он поглаживал шею своей лошади, покуда священники не выдохлись. После чего с неискренней улыбкой объявил:
— Пусть клан Асо и те, кто служат им, признают истинную власть Южного двора. Пусть поклянутся и отправят в Хакату своих представителей — к генералу Ли Чжонму, который представляет на Тиндэе старого владыку. Сделайте это — и живите, как жили. Творите свою волшбу.
Священники снова заголосили! Они, мол, люди божьи, не их дело вести переговоры. Они оберегают лишь мир людей от гнева вышних сил. И не стоит им мешать в этом.
— Тогда зачем ко мне пришли вы, если вы ничего не решаете? — с таким же неискренним гневом закричал Мацуура. — Идите в свои святилища и пришлите ко мне людей даймё Асо, достойных говорить с сюго! Передайте, что я встречу их в замке Кумамото.
— Господин Асо не давал тебе дозволения вступать в замок Кумамото! — закричали священники.
— Я не нуждаюсь в разрешении, — гордо подбоченился Хисасе Мацуура, на этот раз совершенно искренне. — И войду в замок сам. Может, после этого ваш господин поймет, что ко мне надо посылать людей важных, а не жрецов с бабкиными сказочками.
Гванук аж восхитился дерзостью и бесстрашием командующего. Вот это достойный продолжатель дела Ли Чжонму. А уже как священники обомлели! Кажется, тех, что постарше удар хватил.