Чего тут непонятного? Влип, так уж влип, по самую маковку. Дева воды собирается проникнуть во дворец Ангро-майнью. Причем вряд ли ее целью является экскурсия по жилищу великого мага. А он, крысиный король, должен послужить ключом, отпирающим дверь.
Скверно, очень скверно.
Правитель крысиного города машинально поежился. Результат этого предприятия предугадать нетрудно. Дева воды задумала устроить Ангро-майнью неприятный сюрприз. И вероятнее всего, ничего у нее не выйдет. За сотни лет владения двадцатью пятью мирами маг привык к неожиданностям. Нападение он блокирует, деве задаст трепку, а потом вспомнит о ее пособнике.
– Но почему именно я? – пискнул крысиный король.
– Атаковать дворец Ангро-майнью снаружи не имеет смысла. Больших источников воды возле него нет, и, стало быть, силы для атаки черпать неоткуда. Что остается? Попробовать тайно поникнуть в жилище мага и нанести удар изнутри? По крайней мере, никто до сих пор подобное проделать не пытался. Не так ли?
– Так.
– Значит, я буду первой.
У крысиного короля насчет этого плана имелось другое мнение, однако высказывать его вслух он не стал. Вместо этого спросил:
– Но каким образом я пронесу тебя во дворец? В кувшине?
– Все гораздо проще.
Она снова положила руку крысиному королю на шею, осторожно погладила его жесткую шерсть и мгновенно превратилась в облачко плотного, переливающегося разноцветными огоньками тумана. Облачко окутало крысиного короля, затем стало уплотняться, сплющиваться, сужаться, концентрируясь вокруг его шеи. Не прошло и нескольких мгновений как оно превратилось в обруч, шириной с ладонь, плотно охвативший шею крысиного короля.
– Ну вот, теперь можно отправляться, – сообщил ошейник.
– Куда? – спросил правитель подземного города.
– Во дворец.
– А ты знаешь, сколько для этого нужно преодолеть миров?
– Кого ты пытаешься обмануть? – хмыкнул обруч. – Учти, вода везде. Вода знает все. У тебя есть полученный от Ангро-майнью транспортный амулет. С его помощью можно в мгновение ока попасть куда угодно. Поэтому сейчас мы отправимся туда, где ты хранишь амулет, а потом – прямиком к цели.
Крысиному королю оставалось повиноваться.
8
Смотрители драконника слегка нервничали. Они понимали, что Страйку не понравится перевод в одиночное стойло.
Впрочем, они надеялись, что реакция его не будет слишком бурной.
Двое смотрителей шли впереди Страйка, беспрерывно объясняя ему на своем примитивном людском языке, как хорошо будет дракону в одиночном стойле, двое других топали сзади. В руках у них были длинные пики с острыми, зазубренными наконечниками. Конечно, ни малейшего вреда дракону они нанести не могли. Однако стоило Страйку замедлить шаг, как смотрители начинали его подгонять этими палками.
Кретины.
Белый дракон сел на кровать лицом к решетке в ожидании, когда любимец Ангро-майнью окажется возле его стойла. Увидев за решеткой голову любимца зануды, белый дракон сказал:
– Послушай, старина Страйк, а все-таки они оставили тебя с носом. И теперь, представь, тихонько ликуют, что от тебя избавились.
Продолжая продвигаться к находившемуся в дальнем конце драконника одиночному стойлу, Страйк прогудел:
– Ничего, скоро я вернусь. И вот тогда они у меня попляшут! Хозяин не допустит такого со мной обращения. Как только он узнает, куда меня поместили, всем достанется. И драконам, и людишкам.