Раньше здесь сидел один уставший дежурный, который и заходящих-то не всегда замечал. Сейчас — три полностью собранных мага, в рабочем состоянии, и еще двое недовольных — выше.
— Поднимаемся, — говорю. — На твоём этаже два человека, которые мне не знакомы.
Ольга на секунду останавливается и серьёзно на меня смотрит.
— Ты уверен?
— Абсолютно.
— Ты так далеко видишь? — удивляется.
— Даже ещё дальше. Но говорить об это не стоит. — сразу же уточняю.
Ольга кивает в подтверждение.
— Хорошо, я поняла.
Девчонка тут же собирается. От расслабленности не остается и следа. Тллко некоторая досада прорывается сквозь эмоции. Прозоровская небрежно касается артефакта с абсолютным щитом. Активировать его — меньше секунду. Кажется, мы готовы.
— Если что — ты же меня защитишь?
— Конечно, — спокойно утверждаю очевидное.
Внутренняя готовность и какая-то неготовность одновременно.Некоторый непонятный азарт доносится до меня фоном от девушки. Азарт и готовность относятся совершенно не к предстоящему — какое-то ощущение ожидания доносится до меня вот так вот — отзвуками.
Стараюсь закрыться, но сейчас мне очень важно знать, что там нас ждёт впереди. Поэтому получается так себе.
Ольга ещё раз бросает быстрый взгляд на меня.
— Идём.
Буквально тянет меня за руку.
Выходим с лестницы. Полшага — и весь мир на секунду сжимается до одной точки в конце коридора. Я уже отчетливо вижу сигнатуры — там, у двери Ольгиной комнаты. И довольно неплохо считываю их эмоции.
Двое незнакомых. Одна — женская сигнатура, собранная, готовая, как сжатая пружина. Второй — спокойный, ровный, почти безмятежный, и именно эта безмятежность настораживает больше всего: так не стоят враги, так стоят люди, которые точно знают, что они имеют полное право здесь находиться. Еще двое — недовольные охранники.
Секунда, две — и мы выходим с лестницы.
Ольга на секунду застывает — и от неё буквально расходится волна сильнейшего разочарования и узнавания.
Около комнаты девушки нас встречает седоватый, стройный, очень приятный дядька. Чем-то напоминающий университетского профессора в возрасте. Да и лицом немного напоминает Ольгу.
Рядом с дядькой стоит девушка с цепким взглядом, в боевой робе военного мага, рука унизана перстнями — скорее всего, амулетами. Рядом стоят и оба, уже знакомых мне, раздраженных охранника Академии.
Ольга на секунду застывает. Огорченно вздыхает, берет меня за руку и тянет за собой.
Делает шаг к этой группе.
— Познакомься, Максим. Это мой отец.
Глава 15
— Макс, это мой отец, Илья Дмитриевич Прозоровский, — вполголоса говорит Ольга. — Пойдем.
— Ты — Ольга Ильинична получается? — улыбаюсь.
— Да, — тянет меня за руку Ольга.
Проходим вглубь коридора.
— Привет, пап. — Без удовольствия говорит Ольга. Оборачивается ко мне. — Илья Дмитриевич Прозоровский — мой отец.
Импозантный дядька слегка наклоняет голову.
— Максим Рысев… мой… — слегка заминается.
— … друг, — подсказываю.
Девчонка едва уловимо дергает губой.
— Мой друг, Максим Рысев. — Так меня и представляет.
— Здравствуйте, господин Прозоровский. — протягиваю руку.
Дядька спокойно ее пожимает.
— И тебе привет, Маша. — Ольга с неодобрением смотрит на девушку — боевого мага. — Максим, это Маша. Маша, это Максим. Маша один из соглядатаев моего отца, — без удовольствия представляет боевого мага девушка.
— Оля… — Прозоровский с некоторой болью во взгляде смотрит на девушку. — Ну а кого я ещё могу тебе представить на круглосуточное дежурство⁈ Других сильных магов, с которыми ты могла бы жить в одной комнате, у меня нет.
— Пока я была в Смоленске тебе это никак не мешало. — Ольга будто бы откатывается на пару лет назад. И я вижу перед собой заметное отражение той девчонки, которая разругалась со своими родными.
— Тогда ты не была в столице, и это тебя никак не компрометировало, — пожимает плечами, словно извиняясь, отец девушки.
Похоже, он очень хорошо относится к Прозоровской, но тот конфликт, связанный с попыткой выдать её замуж, вбивает огромный клин в их взаимоотношения, который не преодолен до сих пор.
— И сейчас я бы тоже обошлась, — говорит Ольга.
— Наверное, — говорит Прозоровский-старший, — но меня вызывал начальник службы безопасности империи. Знаешь такого? И в паре слов передал определённую информацию. Что вы можете по этому поводу сказать? — Прозоровский обращается ко мне и к Ольге одновременно.