– Барон Эрн Гольнер, – сидя на троне, представлявшем обычное жёсткое кресло с высокой спинкой, стоявшее на небольшом постаменте, граф сам начал озвучивать имена своих вассалов. – Желаешь ли ты дать мне клятву верности?
Мог бы, конечно, и не спрашивать, однако этикет требовал.
Стоявший первым в ряду получателей владений бывший узник подземелий приарского замка, пятидесятипятилетний министр двора молчаливо кивнул и подошёл к трону.
До юридической казуистики, предусматривающей все возможные обстоятельства, средневековые порядки ещё не дошли. Поэтому принесение вассальной клятвы было кратким.
Эрн опустился на одно колено, произнёс нужные слова и получил из рук графа агреман на владение, а также свиток с вассальными обязательствами, где оговаривалось количество воинов, которое барон Гольнер обязан выставлять по требованию сюзерена, срок их службы и указывалось количество откупных денег, которое баронство должно заплатить сюзерену, если будут уважительные причины невозможности выделить солдат.
Следом титул барона получил верный заместитель Игоря по совместным походам и боям полковник Тэг Вилл. Исполнилась мечта и у бывшего интенданта Шминца, ставшего бароном Урвиром. Попаданец уже не раз мысленно похвалил себя, что сумел вовремя оценить коммерческие таланты этого мужчины.
Начальник тайной службы графства экс-баронет Арш произносил слова вассальной клятвы с бледным от волнения лицом. Сюзерен сообщил ему о решении дать своему чекисту титул барона Витса только сегодня утром, и ещё один освобождённый узник добавил к предписанным фразам обещание, совсем негромко:
– Игорь, я никогда не забуду того, что ты для меня сделал.
Попаданец ответил лишь улыбкой – а что он тут мог сказать? – и вызвал следующего вассала.
Завершала череду получения титулов и владений Айса. Да разве мог кто-нибудь подумать, что бывшая рабыня, ставшая вначале свободной, а затем и дворянкой, получит ещё и лэнство во владение? Баба Жаба, бывшая хозяйка Айсы, наверное, с ума бы сошла. Впрочем, если та ещё жива, ей такая возможность, может, и представится. Ни Парн с Эмилей, ни Айса не отказались от мыслей навестить однажды Пелон и кое с кем повидаться.
Правда, если бы не Латана, полюбившая бывшую рабыню за то, что к той сильно привязался Дин, Игорь вряд ли подумал бы о столь высоком социальном взлёте Айсы, но к словам своей сюзеренши он предпочитал прислушиваться.
– Ты мне будешь нужна в столице, – сказал Егоров, вручив растроганной девушке свитки. – Но, когда вернёмся, я дам тебе три или даже четыре дня на то, чтобы навестить своё лэнство.
Как Игорю ни желалось избежать личного присутствия на следующем мероприятии, только вот уклониться от такой печальной участи у него не получилось. Более того, заботливые городские власти устроили помост с креслами для ВИП-зрителей, среди которых главными фигурантами, разумеется, были граф и графиня Приарские, буквально в полутора десятках шагов от эшафота.
– Игорь, перестань делать такое лицо, – одёрнула мужа Тания, усевшаяся по правую руку, слева от него разместились виконты Дин с Кольтом и виконтесса Гильма. – На тебя все смотрят.
– С чего это на меня? – Игорь дал знак капитану стражи, чтобы тот начинал кровавое представление – раз уж оно неизбежно, то пусть быстрее закончится. – Наверняка тобою любуются.
Егоров недовольно дёрнул плечом, но замечание любимой супруги учёл и придал лицу высокомерное выражение. Ну, насколько у него это получилось, чувствовал-то он себя откровенно мерзко.
Чтобы немного отвлечься от происходящего – а первую жертву, с которой должны были содрать кожу, а потом повесить вниз головой, уже волокли на эшафот, – Игорь принялся рассматривать своих подданных.
Понятно, попаданец уже не первый день в Орване находился, однако это не мешало ему каждый раз изумляться тому, как в целом неплохие люди всех полов и возрастов жадны до кровавых развлечений.
Землянин скосил глаза на своих маленьких друзей, радующихся предстоящему зрелищу не меньше, чем их сверстники в толпе, и вздохнул. Вот уж кому бы не стоило сейчас находиться на площади, так это им.
А ещё он заметил на трибуне возле городской тюрьмы всех отпущенных сегодня в увольнение в честь праздника янычар и адепток клана в парадно-выходной форме. Тоже веселились дряни.