Я направилась обратно к дому, закоченевшая из-за низкой температуры на улице и напряженности нашей холодной встречи. Даже рассказав о том, что сделала, я не добилась бы ничего. Натан бросился бы в бой, как если бы я была какой-то принцессой, запертой в башне злым волшебником. Я оказалась бы в неловком положении, объясняя, что эта девица еще не решила, стоит ли ее вообще спасать.
Что касается злого волшебника, то он пронесся мимо принцессы, не говоря ни слова, когда они встретились в коридоре за пределами своих спален.
— Доброе утро, солнце, — произнесла я, приветствуя Зигги, едва закрыв за собой дверь.
Зигги уже не спал, когда я вошла в свою гостиную. Одетый в брюки, которые я видела на нем прошлой ночью, он склонился над тарелкой каши и с жадностью поглощал ее, а Кларенс наблюдал за ним.
— Привет. Ты видела Нэйта? — Голос Зигги казался веселым, хотя я могла чувствовать в нем нотки отчаяния и надежды.
Я бросила настороженный взгляд на Кларенса. Было непредусмотрительно со стороны Зигги свободно разговаривать в присутствии человека, которого мы едва знали.
— Д-Да.
Нахмурившись, Зигги указал пальцем на дворецкого:
— Не беспокойся о нем. Он знает, как хранить секреты, не так ли, Кларенс?
— Я буду нем как рыба, — подтвердил тот, хотя я все еще чувствовала себя немного тревожно по той причине, что он все знал.
— Слышала, что он сказал? — Зигги приподнял над мраморной столешницей тарелку, и Кларенс воспользовался случаем и вытер конденсат, образовавшийся в месте, где она стояла.
Я тщательно подбирала слова:
— Он хочет, чтобы ты вернулся домой.
Зигги положил ложку молочной каши себе в рот и взглянул на поднос с графином, который Кларенс поставил на стол.
— Он все еще злится на меня?
— Натан и не злился на тебя, — я устроилась на диван рядом с ним. — Он любит тебя.
Так же незаметно, как призрак, Кларенс наполнил стакан кровью и всунул его в мою руку. Я поблагодарила его, но все мое внимание было приковано к Зигги:
— Ты хочешь домой?
— Хм… Остаться здесь с сумасшедшим, питающим склонность к садизму вампиром или отправиться домой… — он замолчал на некоторое мгновение, — к холодному, эмоционально непробиваемому вампиру, который взбесится, если я когда-нибудь приведу домой другого парня.
— Я не думаю, что он так поступит. Он был просто удивлен. И у меня есть странное ощущение, что его не радует то, что ты просто уже вырос. Он поступил бы точно также, если бы застал тебя с девушкой. — По крайней мере, я надеялась на это. Другое поколение сейчас или нет, но времена меняются, и Натан должен приспосабливаться. Ему не следует проявлять чрезмерную опеку.
Зигги произнес с ложным энтузиазмом:
— Прекрасно. И когда я уезжаю?
Кларенс тихо кашлянул:
— Это не так-то просто.
Зигги и я молча уставились на дворецкого. Откуда он мог знать детали нашего с Натаном разговора? Неужели здесь есть шпионы?
Как будто почувствовав мое недоверие, Кларенс покачал головой:
— Но, может, вам не нужна помощь старика.
Он двинулся, чтобы собрать тарелки со стола, но Зигги остановил его, положив руку ему на плечо.
— Что ты знаешь?
Кларенс бросил на меня холодный взгляд.
— Что? Ты хочешь, чтобы я ушла? — Я возмущенно сложила руки на груди. — Знаешь ли, это моя комната.
— Я не хочу, чтобы ты уходила, — объяснил Кларенс несколько снисходительным тоном. — Я хочу, чтобы ты перестала вести себя так, как будто я тут же кинусь докладывать о тебе.
— Извини, но как я могу доверять тому, кто все это время работает на Кира? Ты у него на побегушках, — заметила я.
Казалось, некоторое мгновение Кларенс прокручивал мои слова в своей голове.
— Я немного доверяю тебе, хотя ты и вампир.
Учитывая его отношение ко всем вампирам, это было смелым заявлением. Вытащив из кармана планы, которые дал мне Натан, я жестом попросила Кларенса подойти ближе.
— По-видимому, тринадцатого января здесь замышляется какая-то бойня.
Внезапно я осознала, что была настолько увлечена новой вампирской жизнью, что не заметила, как пришло и ушло Рождество. Я предположила, что это спасло меня от столь печального праздника: не могла представить себя, водящей хоровод вокруг ёлочки и слушающей песни Бинга Кросби[4] вместе с Киром и его бандой.
Проглотив комок одиночества, застрявший в горле, я заставила свое лицо принять мужественное выражение.
— Я не знаю ни о каких планируемых атаках, но тринадцатое января — это Новый год для вампиров.
— Новый год для вампиров? — Вопрос Зигги совпал с моим собственным.