Грейс вздохнула и положила руку на живот, очень осторожно, как будто опасалась повредить кожу. Интересно, она и раньше так выглядела?
— Ты хочешь, чтобы тебя нашли? — спросила она.
Я вскинул бровь.
— А-а, — сказала она и задумалась. — Наверное, Бек считал, что ты больше времени будешь проводить в волчьем обличье.
— Бек считал, что я собираюсь покончить с собой, — сказал я. — Вряд ли он долго о чем-то раздумывал. Он пытался спасти меня.
За дверью Сэм произнес что-то неразборчивое, ему ответила Изабел:
— Я же знаю, что вы с Грейс обсуждаете все остальное, так почему же не это?
Она произнесла эти слова так, как будто это ее знание причиняло ей боль, и мне вдруг показалось, что Сэм ей нравится. Эта мысль отозвалась во мне странным ощущением беспомощности.
Грейс молча смотрела на меня. Она не могла этого не слышать. Но о ее реакции оставалось только догадываться.
Когда Сэм и Изабел вернулись в гостиную, вид у Сэма был виноватый, а Изабел казалась раздосадованной. Сэм подошел к Грейс сзади и положил руку ей на плечо. Это был не жест собственника, а скорее знак близости и поддержки. Изабел смотрела на его руку с выражением, которое, видимо, было отражением моего собственного.
Я закрыл глаза и открыл их снова. Виктор не шел у меня из головы. Я не мог больше этого выносить, не мог держать это в голове.
— Я иду в постель, — сказал я.
Изабел и Сэм снова переглянулись, продолжая свой молчаливый спор, потом Изабел сказала:
— Я уезжаю. Грейс? Рейчел сказала твоим, что ты у меня. Я сказала им то же самое, но, думаю, они мне не поверили. Ты всерьез настроена ночевать здесь?
Вместо ответа Грейс сжала запястье Сэма.
— Значит, голова на плечах тут осталась только у меня, — бросила Изабел. — Здорово, ничего не скажешь. При этом слушать меня никто не желает.
Она выскочила на улицу. Я немного подождал, потом вышел следом за ней в темную ночь. Она успела дойти до своего белого джипа. От холодного ветра у меня перехватило дух.
— Что? — спросила она. — Что тебе еще, Коул?
Наверное, я до сих пор был под впечатлением от того ее голоса, которым она говорила с Сэмом.
— Зачем ты с ним так?
— С Сэмом? Ему это необходимо. Больше же никто ему этого не говорит.
Она пребывала в бешенстве, но теперь, после того, как я видел ее плачущей в собственной постели, мне с первого взгляда стало понятно, что ее гложут те же самые чувства, что и тогда, только на этот раз она не дает им выхода.
— А тебе кто говорит? — поинтересовался я.
Изабел лишь молча взглянула на меня.
— Не поверишь, я сама это делаю.
— Отчего же, поверю, — возразил я.
На миг мне показалось, что она вот-вот заплачет, потом она уселась на водительское сиденье, захлопнула дверцу и, не глядя на меня, дала задний ход. Я стоял и смотрел ей вслед, хотя ее белый джип давным-давно скрылся из виду, и холодный ветер бил мне в лицо, бессильный превратить меня в волка.
Все шло вразнос, все было плохо, а я не мог превратиться в волка, и это должен был быть конец света. Однако почему-то сейчас это было хорошо.
46
И снова нам предстояло прощаться.
Грейс лежала на моей постели, на спине, согнув ноги в коленях. Футболка на ней немного задралась, обнажив полоску бледного живота. Светлые волосы сбились на одну сторону, как будто она летела по воздуху или плавала в воде. Я остановился перед выключателем, глядя на нее и ожидая… чего-нибудь.
— Не выключай, — попросила Грейс странным тоном. — Посиди со мной немного. Я еще не хочу спать.
Я все равно выключил свет — во внезапно наступившей темноте Грейс протестующе вскрикнула — и, наклонившись, щелкнул выключателем рождественской гирлянды, которая опоясывала комнату под потолком. Яркие огоньки разбежались между причудливых силуэтов колышущихся журавликов, и на лице Грейс, точно отблески костра, заиграли дрожащие тени. Протест сменился возгласом изумления.
— Это как будто… — начала она и умолкла.
Я подошел к постели, но не стал ложиться, а уселся рядом с Грейс по-турецки и провел тыльной стороной ладони по ее животу.
— Как будто что?
— Ммм, — выдохнула Грейс с полузакрытыми глазами.
— Как будто что? — не сдавался я.
— Как будто смотришь на звезды, — сказала она наконец. — А в небе в это время пролетает стая птиц.
Я вздохнул.
— Сэм, я очень хочу купить красный кофейник, если такие бывают, — сказала Грейс.