— А если не убивать, а просто усыпить на время, чтобы не было свадьбы?.. — предположил Самойлов. — В любом случае следствие уже не остановишь. Поэтому я хочу, чтобы он уехал. Потому что… Ты права, он все же — мой сын!
— Я должна его увидеть! Боря, прости. Я слышу твои слова, понимаю их. Но не могу заставить себя в них поверить. Я просто посмотрю ему в глаза и все пойму. Идем!
Катя с Костей все еще были в Костиной комнате. Увлеченные выяснением отношений, они не слышали, как в дом вернулись Маша и Алеша. Костя пытался обнять Катю.
— Прекрати! — упрямилась девушка. — Я буду кричать!
— Кричи сколько угодно! В квартире никого нет и не будет до утра. Стены у нас толстые, соседи не услышат.
— Не прикасайся ко мне! — взвизгнула Катя.
— Почему же? — усмехаясь, полюбопытствовал Костя.
— Это — подлость!
— А то, как ты со мной поступаешь, — не подлость? Ты вертишь мной, как хочешь! Хорошее настроение — и ты со мной ласкова, нет — прогоняешь!
— Это ты давал мне поводы так поступать! — наступала Катя.
— А ты не думала, что я при этом чувствую? Я же — человек, а не игрушка! И мое терпение закончилось. Я потерял голову. И в этом виновата ты!
Потеряв над собой контроль, Костя набросился на Катю, стал рвать на ней одежду. Вдруг в комнату постучали.
— Костя, это я! Открой! — за дверью был Алеша. Катя с Костей переглянулись и замерли.
— Костя, ты не спишь? Что там за шум? — спросил Алеша.
— Я уже лег… Это я стул нечаянно задел… — объяснил брату Костя и умоляюще посмотрел на Катю, прося ее не шуметь.
— Что, испугался? Сейчас закричу — тут такое начнется! — шепотом пригрозила Катя.
— Катя, не надо! — Костя просто молил.
— Я хотел с тобой поговорить. Может, откроешь? — настаивал Алеша.
— Нет, давай завтра поговорим, — сказал Костя, притворно зевая. — Я уже засыпаю… Устал что-то…
— А… — хотела вставить слово Катя, но Костя просто зажал ей рот.
— Ладно, — согласился Алеша. — Спокойной ночи.
— Приятных снов! Леш, а родители тоже вернулись? — уточнил Костя.
— Нет, они придут позже, — ответил Алеша. Когда он отъехал на своем кресле, то Костя повернулся к Кате:
— Сейчас я уберу руку. Но если ты вздумаешь кричать или буянить — мне придется тебя связать и заткнуть рот кляпом. Ты же этого не хочешь?
— Совсем с ума сошел?! Я же чуть не задохнулась! — возмутилась Катя.
— Катя, извини, это какое-то сумасшествие. Прости!
— И только? А это как понимать? На блузке ни одной пуговицы не осталось!
— Давай я пришью эти несчастные пуговицы. Только не кричи! Не нужно поднимать шума. Пойми, я не хотел тебя обижать.
— Неужели?
— Конечно. Ведь я тебя люблю. Просто ты вывела меня из себя.
— Опять, значит, я виновата! Хорошо, я не буду кричать. Я просто постучу. Договорились? — она поднесла руку к стене. — Там, за стеной, комната, Леши, если я не ошибаюсь? Пусть твой брат придет и увидит, что ты со мной сделал!
— Давай уладим все мирно, без конфликтов. Я очень тебя прошу, — умолял Костя.
— Вот как ты заговорил! Трус несчастный! Боишься, что нас с тобой застанут наедине?
Этого я не боюсь. Наоборот, я готов хоть сейчас рассказать всем о наших отношениях. Только ты сначала приведи себя в порядок. А то еще подумают, что я тебя сюда силой затащил…
— Вот ты и проговорился! Ты специально привел меня сюда, чтобы твои родственники увидели нас вместе, да? И чтобы все выглядело так, словно я сама этого хотела! Ты хочешь, чтобы Леша меня возненавидел? Чтобы на наших отношениях был поставлен крест? У тебя ничего не выйдет! Или ты немедленно выведешь меня отсюда — так, чтобы никто не видел, или я всем расскажу, что ты меня изнасиловал!
Катя решительно встала.
Сан Саныч собирал свои вещи. Вздыхая и не находя себе места, ему пытался помочь Буравин:
— Прости меня, Саныч, — старался оправдаться он. — Это ведь из-за нас с Борисом помолвка сорвалась.
— Да ты-то здесь причем? Это я, дурак, никак с романтическими мечтами о море не расстанусь, — не соглашался с ним Сан Саныч. — Видимо, не готов я еще к этому. Иначе меня никто бы не смог уговорить, ни под каким предлогом. Я, если слово даю, никогда не отступаюсь.
— Похоже, вы с Зиной — два сапога пара. Она вот тоже уперлась — вон из моего дома и все тут. Я и не знал, что она у тебя такая нетерпимая… Может, отойдет еще?
— Ой, не знаю. На нее накатывает редко, но метко. И отходит она долго. А прощать так и вовсе не умеет…
— И всегда она такой была? — поинтересовался Буравин.
— Всегда. Сколько ее помню… — улыбаясь, ответил Сан Саныч. — Вроде все собрал… Только вот какая закавыка… Куда мне теперь идти? У меня же на берегу ни кола ни двора. Всю жизнь на корабле прожил, видно, и помру там.
Буравин на секунду задумался.
— Саныч, не паникуй! — сказал он. — Я знаю, куда мы пойдем.
Буравин привез Сан Саныча домой, где в одиночестве коротала вечер Таисия. Настроение у нее было — хуже некуда. Услышав, что дверь открывают, она обрадовалась, что пришел муж и можно будет поговорить. Но когда она увидела, что Буравин не один, ее радость вмиг испарилась.
— Добрый вечер, — сказала Таисия Сан Санычу.
— Здравствуйте, Таисия Андреевна. Извините за вторжение… но обстоятельства… — замялся Сан Саныч.
— Таисия, в общем, так, — решительно сказал Буравин. — Сан Саныч сегодня ночует у нас.
— Вот как? — недовольным тоном спросила Таисия.
— Я бы никогда на это не согласился, но Виктор настаивал.., а у меня небольшая семейная ссора, — стал объяснять Сан Саныч.
— Саныч, все нормально, — успокоил друга Буравин. — Я постелю тебе в своем кабинете.
Буравин пошел было в "кабинет, но Таисия его остановила.
— Витя, постой! Мне нужно с тобой поговорить.
— Тася, извини, но я не могу, — отказался муж. — У Сан Саныча серьезные проблемы, причем из-за меня. Поговорим утром. Хорошо?
— Но я не хочу ждать! — стала настаивать жена. — У меня тоже проблемы. И тоже из-за тебя! Почему посторонний человек тебе дороже, чем я?
Сан Санычу стало совсем неловко, и он спросил: