— Вот гаденыш! Он же меня кинул! Черт, ну и времена настали! Даже друзьям нельзя верить! Что ж, кто к нам с мечом придет…
Через некоторое время в кабинете следователя раздался телефонный звонок.
— Слушаю, старший следователь Буряк.
— Остановите корабль, выходящий сейчас из порта, — попросили в трубке.
— С кем я разговариваю? — спросил следователь.
— Это неважно. Не выпускайте корабль из порта.
— Какой именно корабль и с какой стати я должен его останавливать?
— Корабль называется «Верещагино». На его борту — контрабанда в особо крупных размерах.
— Откуда вам это известно? Кто вы такой? Но в трубке уже шли короткие гудки.
Вечером перед решающим днем отплытия Яков очень волновался. Он долго стоял у окна, рассматривая южные красоты. Ирина уже давно постелила постель и поджидала его. Наконец она не выдержала:
— Яша, ты так и будешь всю ночь стоять у окна? Спать пора.
— Не спится мне что-то… — пожаловался Яков. — Места себе не нахожу. Ведь завтра — решающий день. Если все пойдет, как надо, и наш товар уплывет за границу, мы, наконец, разбогатеем!
— «Если»? Почему — если? Ты в чем-то сомневаешься? — спросила Ирина.
— Вроде бы нет… Но сердце все-таки ноет.
— У меня тоже. Честно говоря, не доверяю я Косте, — Ира поняла, что быстро заснуть все равно не удастся.
— Он же — твой племянник! — напомнил Яков.
— Ну и что с того? Родственников не выбирают.
— Ирина, мне кажется, нам нужно подстраховаться, — сказал Яков после недолгого раздумья.
— В смысле?
— Нам нужно убедиться в том, что корабль благополучно покинул порт. А то мы так и будем мучиться.
Тут он поморщился и прижал руку к сердцу.
— Что с тобой? Сердце?
— Да. Колет… — сдавленным голосом сказал Яков.
— Немедленно ложись, — потребовала Ирина. — Тебе нельзя волноваться.
Она принесла мужу лекарства и стакан воды. Он выпил и прилег на диван.
— Спи. Завтра с утра я пойду в порт и лично все проконтролирую, — успокоила Ирина мужа.
— А ты проснешься? Корабль отходит рано, а ты у меня такая соня, — засомневался Яков.
— Еще как проснусь. Когда на карту поставлено целое состояние, сон как рукой снимает. Даже у меня.
Ирина редко выполняла свои обещания, поэтому Яков проснулся пораньше, чтобы разбудить ее.
— Ты чего вскочил ни свет ни заря? — недовольным голосом спросила Ирина.
— Это ты что-то долго спишь, дорогая.
— А как твое сердце? Вчера оно у тебя шалило.
— А сегодня — как рукой сняло. Вставай, соня. До отправления корабля осталось меньше часа, — напомнил Яков.
— Ах да, корабль… Знаешь, мне снился такой прекрасный сон — будто мы с тобой плывем на огромном круизном теплоходе…Ты в смокинге, я в вечернем платье. И на мне такое роскошное колье, сплошь из бриллиантов, и от них солнечные зайчики во все стороны… — Ирина мечтательно закатила глаза.
— Хорошо бы, чтобы твой сон поскорее сбылся, — улыбнулся Яков.
— Ох, не говори…
— А чтобы это действительно произошло, тебе нужно поскорее одеваться и дуть в порт. Нужно убедиться, что корабль действительно вышел, что все в порядке, никаких проблем.
— Ну почему я? — капризно спросила Ирина. — Терпеть не могу рано вставать!
— Ира, ты же мне обещала! — возмутился Яков. — Я не могу светиться, меня здесь слишком многие знают. А у тебя прикрытие — ты фотохудожник, решила сфотографировать утренний порт. Давай, давай, времени мало.
— Ну, я должна хотя бы позавтракать, душ принять… — Ирина сладко потянулась.
— Дорогая моя! Когда корабль с нашим грузом отправится в путь без сучка и задоринки и мы в этом убедимся, клянусь — я сам наполню тебе ванну с самой густой пеной и лично сварю тебе лучший в мире кофе, — в Якове снова заговорил великий художник слева.
— А почему не прямо сейчас? Ведь еще есть время… — намекнула Ирина.
— Все, отставить разговоры. Через полчаса ты должна быть в порту! И фотоаппарат не забудь! — теперь это была уже настоящая команда.
Ирина пошла готовиться к выполнению боевого задания.
На пристани было много людей. Корабль медленно отходил от причала. Сан Саныч помахал Зинаиде с палубы, и она не выдержала и послала ему воздушный поцелуй. Радостных лиц, сказать по совести, практически не было. На берегу оставались озабоченные Самойлов и Буравин. Женя со слезами смотрел на отходящий корабль. А на палубе стоял злой на весь мир Костя, для которого это плавание было просто каторгой.
Ирина работала почти профессионально. Она сфотографировала корабль и уже собралась уходить, но тут заметила на палубе Костю. Это совсем не входило в их планы! Ирина тут же набрала номер на мобильнике:
— Яша, ты был прав, у нас действительно форс-мажор, — доложила она. — На корабле, Костя! Да, он уплывает вместе с грузом!
Яков тут же позвонил Косте.
— Да, дядя Яков. Слушаю вас, — отозвался Костя.
— Это я тебя слушаю. Какого черта ты поперся в море? — негодовал Яков. — Ты должен был просто погрузить груз на судно!
— Обстоятельства изменились, — сообщил Костя.
— Какие еще обстоятельства?! — почти орал Яков. — Почему я о них ничего не знаю? Какие-то проблемы с грузом?
— С грузом — полный порядок. А в рейс меня отец послал.
— Отец? Что за бред! Он из тебя что, моряка собрался сделать? Скажи лучше честно, ты решил свалить из города? — голос у Якова был подозрительный.
— Честное слово, дядя Яков. Я тут не при чем. Отец отправил меня в рейс менеджером.
— А если я его спрошу? — намекнул Яков.
— Спрашивайте, сколько хотите. Я сам до сих пор в себя не могу прийти. Стою тут на палубе, как баран.
— Не нравится мне все это, — уже спокойнее, но все еще возмущенно сказал Яков. — Терпеть не могу подобных сюрпризов.
— А представьте, как я себя чувствую. Ни с того ни с сего на несколько месяцев вырван из нормальной жизни, — пожаловался Костя.
— Не ной, Костя. Твой отец редко ошибается. Если, конечно, это — его решение.
— Вы мне не верите? Я правду говорю.
— Хочу верить, Костя. Но все равно проверю. И дай Бог, чтобы все, что ты говоришь, оказалось правдой. Иначе — пеняй на себя.