Секс для меня – дело интимное, и выносить это на всеобщее обозрение не стоит ни при каких обстоятельствах. Вот Женя точно была самая настоящая шлюшка, как её ещё называть после всего этого. Иметь парня и ещё любого, кто её захочет или к ней клеится. Она вообще безотказная, «слабая на передок» девушка. Если я буду с человеком, то об изменах даже мыслить не собираюсь, отдавая всю себя без остатка.
Длилось это безобразие долго: сначала он пыхтел на ней, потом она на нём, они крутились и вертелись на этой узкой кровати, туда-сюда обратно, стоная и отпуская пошлые словечки. Как ещё не свалились оттуда, было для меня большой загадкой. Парень был явно пьян и долго не мог кончить. Смог только тогда, когда услышал её просьбу, от которой мои глаза полезли на лоб.
– Кончай в меня…, да так…, кончай…, – просила Женя, прыгая на нём, запрокинув голову назад.
Издав последний протяжный и долгий стон, он, наконец-то, кончил. Долгое время эта парочка лежала, не шевелясь и не подавая признаков жизни, и я уже подумала, что они уснули, сама начиная провалиться в сон. Спала я чутко, поэтому сразу услышала, когда через какое-то время кто-то стал спускаться с кровати вниз. Это была Женя. В темноте чётко высвечивался её силуэт, что не оставляло сомнений, что это именно она. Девушка что-то искала, спотыкалась и периодически падала, набивая шишки и синяки на свои ноги.
Я встала и пошла в направлении выключателя, включив свет. Глазам стало больно от резкого яркого освещения, что я вынуждена была зажмуриться. Проморгавшись, я увидела Михайлову, которая стояла с закрытыми глазами и зажимала свой рот рукой. Её душили спазмы, как при рвоте. Уже не в силах терпеть, она начала рыгать прям на пол. Я не растерялась, сразу метнув взгляд под Олину кровать, куда я кинулась со всех ног и достала тазик, тут же подставив его под Женино лицо.
Как оказалось, той нужна нянька. Без присмотра хуже ребёнка и делает что попало. Вот тебе и старшекурсница, толку только маловато. Рвало её долго и мучительно без остановки, вытягивая весь её желудок без остатка. Омерзительное зрелище, самой впору было блевать от этого запаха и вида, но я сдерживалась из последних сил. Первое, что я сделала – открыла окно, впустив свежий воздух в душное, мерзкопахнущее помещение. Форточка была очень высоко, я была вынуждена вставать на стол, а потом ещё на подоконник. Старые окна открывались с трудом, и мне пришлось приложить немалые усилия для этого.
Пока шла обратно к Жене, мельком взглянула на тело, лежащее на её кровати. Это был тот парень, который травил нам анекдоты. Его звали Игорь, вот от кого, но от него не ожидала. С виду он был скромный, слегка застенчивый парень и мне казалось, что он вообще ещё девственник. Первое впечатление обманчиво, теперь я это точно знаю. Он лежал абсолютно голый, развалившись в позе звезды, и дрых, никого не стесняясь и абсолютно ни на что не реагировал.
Женю всё так же вытягивало наизнанку уже через силу пустотой. Спазмы не прекращались, хотя уже было нечем. Дело плохо, и я принесла ей полный стакан воды. Она с жадностью его выпила, тут же вырвав его назад. У меня совершенно не было опыта в таком деле, но и бросить её одну я не могла. Это была кошмарная ночь, в течение которой мы не сомкнули глаз ни на минуту. Вспомнив, что у меня где-то завалялся активированный уголь, сразу напоила им Женю, попросив потерпеть и дать таблеткам немного усвоится, всосаться и собрать в себя всю отраву, которой она накачалась.
Судя по её состоянию, они пили ещё потом у парней в комнате на шестом этаже, и по всей видимости заливали в себя всё, что горит, и явно невысокого качества. Только такие выводы напрашивались, потому что здесь у нас мы выпили с ней одинаково, но я чувствовала себя нормально. Кроме сушняка во рту и дикого желания спать, меня больше ничего не беспокоило.
– Ты в порядке? – спросила я эту дурёху после того, как вырвав остатки активированного угля, желудок её вроде бы угомонился и дал передышку нам обеим.
Она кивнула, обессиленно упав на пол, не в силах принять вертикальное положение. Свернувшись калачиком, она бессвязно стонала, во всей красе демонстрируя мне залитые спермой бёдра. Вот же гадость! Прошло минут пятнадцать, за которые я успела нагреть горячего чаю и напоить эту пьянчужку, которая меры своей не знает. Вот зачем столько пить, не понимаю? Я конечно не отказываюсь пропустить стаканчик – другой, но чтобы вот так в сисю, никогда не напивалась. Мы же девочки, нельзя ронять своё лицо, тем более в таком состоянии девушка может натворить непоправимых бед. Надеюсь, что со мной такое никогда не случится.