- Что?!
Кайлай даже вскочил с кресла от возмущения. Привычный сонитанский мир, к которому он так стремился, начал рассыпаться прямо на его глазах, а вместо исчезнувших паззлов возникли уродливые человеческие рожи.
- Они не могли бросить меня здесь!..
- Ваше начальство дало добро, и мы надеялись, что вы...,- как ни в чём не бывало, продолжил Ласке,- согласитесь пару месяцев возглавлять поисковые отряды.
Кайлай рухнул обратно в своё жёсткое неудобное кресло и схватился руками за голову.
Секретная станция сонитанского Озна «Анатинак», обращавшаяся вокруг Туманики, и выдающая себя за филиал земной организации, должна была связаться с β-Геленджик-12 и вызвать Жонса к себе, чтобы затем отправить обратно на Сониту. А теперь Озн, ради которого Кайлай положил столько человеческих жизней и рисковал собственной, тот самый Озн, которому он клялся верно служить - бросал его, словно никчёмную использованную игрушку!
Кайлай снова подскочил с места, будто на пружинах, и громко стукнул кулаком по столу. Гийом отпрянул к другой стороне стола и быстро занёс руку над тревожной кнопкой.
- Не трудитесь,- вызывающе прорычал Жонс, снова беря себя в руки и восстанавливая мыслительные процессы.- Я с удовольствием помогу вам, коллега.
- Отлично!- как ни в чём не бывало выдохнул Ласке, оправляя свой щёгольский серебристый костюм.- Тогда можете пока проследовать в свою комнату, а распоряжение мы вам отправим.
Глава: Роман Прахов.
Туманика, станция β-Геленджик-12.
Впервые за семь дней пребывания на станции Роману Евгеньевичу удалось приблизиться к первому защитному куполу достаточно близко, чтобы разглядеть работавших за ним каторжников.
Они возделывали и удобряли туманикскую землю с остервенелым энтузиазмом, словно прямо над ними в этот момент стояли охранники с щёлкающими кнутами - ничего подобного, конечно, не наблюдалось: НАЗовцы посчитали за лучшее всего лишь выставить круговые посты вплотную к куполу, на случай, если поднадзорные вздумают пробраться внутрь. О том, чтобы кто-то из них попробовал сбежать во внешнюю среду, охранники совершенно не беспокоились. И Роман понимал почему, особенно после рассказов, услышанных за ужином в столовой, когда ветераны станции решили развлечь новичков местными байками.
К таким вот рассказам в разведке всегда относились очень серьёзно, не в пример учебкам НАЗа, потому что, как говорил когда-то Андрей Ушков, в каждой байке крылась своя доля правды, и главное, чтобы однажды эта самая правда не укусила тебя за подходящее место... Шутил, конечно, но старшие всегда прислушивались к Андрею. И Роман не собирался отступать от традиции.
Сегодня его отправили подлатать стойку одного из постов. Дело пустяковое, сразу видно, что просто отделались от новичка, чтобы под ногами не мешался, пока осваивается. Но Прахов не возникал - он так давно не прикасался к инструментам, что боялся позабыть все навыки. Ан нет, руки вспомнили... Аккуратно приварив дополнительную опору к стойке, Роман Евгеньевич сложил инструменты в инженерную походную сумку и покосился на виднеющихся метрах в двадцати с одной и другой стороны постовых на точно таких же вышках. Те не обращали на рабочего никакого внимания и пристально наблюдали за внешней оболочкой первой сферы, иногда раскуривая электронные заменители сигарет, которые Завеса через силу разрешил использовать под открытым куполом. Тогда Прахов спокойно приблизился вплотную к прозрачной оболочке и, приподнявшись на носочках, взглянул поверх буйной поросли кустов какого-то растения.
Каторжники в приметных жёлтых робах трудились на земле. Это были здоровые добротные мужчины и юноши в полном расцвете сил. Роман Евгеньевич даже поразился, как тщательно они были подобраны; словно там, в верхних инстанциях, кто-то намеренно подталкивал цвет земной молодёжи к преступлениям, чтобы обеспечить Туманику такими вот работниками.
Прахов ещё раз окинул взглядом приятное буйство зелени посреди зимы и собирался уже возвращаться в городок, как вдруг заметил, что постовые на вышках заметно напряглись: курево было отброшено в сторону, звуковое оружие взято наизготовку. Роман Евгеньевич неприметно вернулся обратно на облюбованное место наблюдений, и попытался выяснить, что же произошло. Однако он был разочарован: спины каторжников как и секунду назад мягкими волнами возвышались над грядками без единого намёка на беспорядок. Что же так взбудоражило постовых?
Наконец он заметил, как из плотного бетонного барака без окон выплыла крошечная процессия из трёх человек: здоровенные санитары в комбинезонах Расевича и хрупкая маленькая женщина с несоразмерно огромным животом...