В лёгком сумраке единственной комнаты кружились в столбе света мельчайшие пылинки, поднятые резким потоком воздуха. Они резвились и кружились вокруг стройной фигурки в мужской одежде, словно намеренно стремясь к её маленькому веснушчатому лицу. Испуганные огромные глаза наполнились слезами. Женщина сжалась под шокированным взглядом Прахова, худые пальцы стиснули тонкие плечи. Внезапно она резко вдохнула и разразилась громким звонким чиханием, вся согнувшись пополам от неожиданности.
Роман вздрогнул. Он резко захлопнул дверь, одним шагом преодолел три ступеньки и быстрой строевой походкой ретировался прочь от опасного места.
В голове у него было пусто и звонко, и ещё страшно хотелось выпить, хотя Роман никогда не принадлежал этой пагубной привычке. Он остановился у какого-то военного здания, в котором было тихо, облокотился на его прохладную стену и закрыл глаза, позволяя разуму погрузиться в жестокую пучину терзаний:
«Она ещё и с Этрусом мне изменила!»- это в дверь попробовала сунуться первая наглая мыслишка, но Роман прогнал её взашей и приказал соблюдать порядок.
«Нет, она прилетела за мной, потому что любит...»,- степенно доложилась следующая по очереди продукция мнемы.
«Маловероятно!»- грозно пыхнул на неё Роман горьким дымом воображаемой сигареты и небрежно рявкнул,- «Следующая!»
«А может быть...»
«Нет, нет!..»- протестующе замахал руками Прахов на неожиданно возникшую посреди его головы идею.
«Но всё же...»
- Я не могу сойти с ума!- вслух выкрикнул он, и вдруг поразился очевидности своих слов.- Господи... Это же всё объясняет! Врача давно накрыл маразм, он слишком долго лечил переломы и сотрясения..., не удивительно, что этот старый хрыч ничего не понял! У меня галлюцинации, причём неизвестно как давно. Могу ли я отличать реальность от вымысла? Что происходило на самом деле, а чего никогда не было? Когда я вообще в последний раз нормально спал?!
Прахов бормотал вслух свои прорвавшиеся наружу опасения, когда из-за угла появилось несколько военных.
- Эй, приятель, с тобой всё в порядке?- остановился один из них, подозрительно оглядывая съёжившегося и раздавленного внезапной паникой Прахова.
- Реальные они или нет?- неожиданно для военных задался вопросом Прахов, глядя куда-то вбок и вправо мимо них.- Выглядят нормально. Но Катя... Есть только один способ узнать,- всё так же тихо самому себе пробормотал бывший разведчик и без предупреждения бросился с кулаками на ничего не подозревавшего офицера. Тот моментально оказался на земле с расквашенным носом и подбитой скулой, но спутники пострадавшего недолго пребывали в ступоре: они оттащили разбушевавшегося техника и задали ему хорошую взбучку прежде чем отвести в медпункт. Роман Евгеньевич не возражал, он был слишком занят анализом данных, полученных таким экстравагантным способом, чтобы отвлекаться на мелочи. Короче говоря, как и положено психам, Роман Евгеньевич отключился от реальности, предоставив медработникам все заботы о себе.
Несчастный доктор, который осматривал его накануне, был поражён внезапной переменой в уравновешенном сотруднике станции, и пребывал теперь в совершенной растерянности, оправдываясь перед начальством:
- Не могу понять, что произошло! Он был абсолютно нормальным, когда рассказывал мне об этих своих якобы галлюцинациях!
Савва Петрович Завеса, пришедший лично взглянуть на первый случай помешательства на β-Геленджик-12, степенно кивнул и прошёлся вдоль прозрачной стены палаты.
- А вы брали у него анализы крови?
- Конечно же! Это первое что мы сделали! Никаких наркотиков, если вы об этом. Он просто..., сошёл с ума на ровном месте!- всплеснул руками доктор и горестно уставился на поникшего Прахова, которого привязали к койке ремнями, облачив в нечто несуразное - станция не была оснащена для подобных ситуаций.
- Значит, он симулирует,- жёстко отчеканил Завеса, сдвинув тёмные брови к переносице.- Ещё один трус, ни больше ни меньше! Сами просятся на Туманику, а потом боятся и носа на поверхность показать!
Савва Петрович отвернулся и сурово бросил своему секретарю:
- Вызвать ко мне Этруса! Будем разбираться, это его рекомендация.