Роман ещё раз благодарно улыбнулся и тяжело поднялся с кресла.
- Я пойду в конец шатла, там все спят, как раз подходящая атмосфера. Ты держи на всякий случай передатчик включённым, может позвонить мой друг, его зовут Константин Этрус. А меня Роман, если что.
- Джозеф...,- спохватился Кайлай, чуть не сболтнув своё настоящее имя.- Стечение обстоятельств, ведь мы уже встречались на станции!
- Да, помню, хотя на пожаре я тебя не узнал,- усмехнулся Прахов.- В общем, ты понял, если что - буди меня, не хочу пропустить всё веселье!
Землянин прошёл в хвост корабля, и снова воцарилась тягостная тишина, напоминающая дурной сон, когда всё движется в замедленном темпе, и нависшая угроза приближается со скоростью улитки.
Кайлай постарался себя отвлечь, и даже связался с несколькими соседними шатлами, также парящими в ожидании решения руководства, но ничего толкового из этого не вышло: кроме безыскусной брани и отчаянных всхлипываний он ничего полезного не узнал. Вероятно, остальные участники пожара, как и Роман, не питали пустых иллюзий на счёт своего спасения.
Спустя час томительного ожидания неожиданно пришёл запрос о связи со станцией. Официальный голос, представившийся Владимиром Степанчиковым, довёл до сведения шатлов, что временное правление сумело связаться с засекреченной правительственной станцией, находящейся в трёх парсеках от Туманики. Ввиду чрезвычайности происшествия, все уцелевшие в катастрофе автоматически получили доступ к этой сфере данных, и теперь ожидалось скорое появление корабля с припасами, медикаментами и горючим, чтобы отвести караван из уцелевших кораблей непосредственно к станции.
Кайлая не очень обрадовало всё услышанное. Он-то сразу проследил за сладким предложением выстроиться в караван и ожидать «спасения свыше» чёткое руководство военных Озна, которым, естественно, было проще разгромить выстроившиеся как на парад беззащитные кораблики, чем отлавливать разбегающиеся по всему космосу разрозненные шатлы. В такой мясорубке сонитанам будет не до Кайлая, тем более что они, вполне возможно, считают его погибшим в катастрофе. А выйти на связь сейчас он не мог - оборудование шатла не позволяло.
Единственным шансом спастись было сбежать и затаиться где-нибудь, пока вся эта заваруха с массовым истреблением, как актом милосердия к обречённым на голодную смерть людям, не устаканится окончательно. Но как было объяснить остальным пассажирам шатла бессмысленное на первый взгляд решение бежать от очевидного спасения?
Пока Кайлай ломал голову над насущными вопросами выживания, корабли потихоньку начали выстраиваться в длинный караван из строенных пар, чтобы произвести контрольный пересчёт. Деваться было некуда, и Жонс неуверенно повёл их крохотный шатл в конец колонны, мысленно проклиная сердобольных сородичей, которые не могли просто остаться в стороне и почли необходимым вмешаться. Нужно было срочно что-то предпринять, укрыться от готовящегося удара, но пока маленький лабораторный шатл был у всех на виду, сделать это не представлялось возможным. Призрачный шанс затеряться в космическом пространстве давали близкорасположенные друг к другу спутники Туманики, овеянные прозрачными кольцами из пыли и мелких камней. Однако до них было довольно далеко, а мощь артиллеристского залпа военного форпоста могла покрыть дистанцию и в половину парсека. Оставалось только надеяться на чудо и ждать, ждать...
Глава: Рихард Зейнер.
Окрестности Туманики.
Была её очередь дежурить, когда Ксения заметила странные мерцающие точки на локаторе, которые двигались в их направлении с совершенно невозможной скоростью. Женщина уже достаточно долго пробыла в открытом космосе, чтобы отличать причуды электромагнитных волн от реальной угрозы, но всё же на всякий случай развернула электронную схему на весь экран и задала программе рассчитать время возможного столкновения с объектами. Выходило около пяти минут. Бортовой компьютер тут же посоветовал пилоту скорректировать курс и выдал целую колонку возможных координат.
- Рихард!
Зейнер не ответил, продолжая мерно посапывать в жёсткую синтетическую подушку. Ксения раздражённо вздохнула и вылезла из трижды осточертевшего кресла.
Эти двенадцать дней в одной крохотной жилой комнате корабля превратились для обоих пилотов, заброшенных неведомой силой в самые дебри глубокого космоса, в настоящий кошмар. От скуки они переделали уже всё, что только было возможно, Ксения даже умудрилась рассчитать для бортового компьютера примитивную программу-шахматиста, которая вполне удачно несколько раз обыграла Зейнера, а затем была благополучно обнаружена и уничтожена антивирусом корабля.