Их пальцы переплелись.
— Ты остаешься моей замечательной девочкой?
— Конечно. Куда же я денусь?
— Наверное, теперь я могу удалиться? — деликатно спросила Лиз, сидевшая напротив.
— Нет. Сегодняшнее блюдо вечера — мясо в соусе. Ваше любимое. Мое тоже.
Нелл улыбнулась и кивком указала на деда.
— Правда, я не знаю, что сегодня пожелает заказать себе наша живая легенда.
— Уговорили. Я останусь, — пообещала Лиз. — Только, пожалуйста, пока я буду есть, постарайтесь не портить мне аппетит. Поговорите о погоде или о последнем матче «Янкиз».
— Постараемся, — почти хором ответили Корнелиус и Корнелия Макдермотты.
За «коктейлем из креветок» разговор деда и внучки незаметно перешел на выборы.
— Выборы заканчиваются лишь тогда, когда подведены последние итоги, — сказал Мак. — Поэтому нельзя расслабляться, Нелл. Нью-Йорк всегда дает непредсказуемые результаты: что город, что штат. Здесь каждый округ имеет значение. Наши люди привыкли голосовать за одного сильного кандидата, а всех остальных в списке просто не замечают, даже если у тех семь пядей во лбу. И этим сильным кандидатом вполне можешь стать ты.
— Ты так думаешь? — спросила Нелл.
— Я не думаю. Я знаю, — ответил Мак. — Опыт нескольких десятилетий меня кое-чему научил. Стоит только твоему имени появиться на предвыборных плакатах, и ты сама в этом убедишься.
— Я готова, Мак. Дай мне еще пару дней, и я совсем приду в форму.
Тема выборов временно была исчерпана. Нелл догадывалась, в какое русло теперь перетечет их разговор с дедом.
— Ты все еще собираешься к той… ясновидящей?
— Я уже была у нее.
— Ходила поговорить об Иисусе Христе и Деве Марии?
— Мак! — предостерегающе воскликнула Лиз.
«Помни: эта тема для него — как красная тряпка для быка», — сказала себе Нелл.
— Мак, выслушай меня, пожалуйста, — тщательно подбирая слова, начала она. — Я хорошо запомнила, как ты мне когда-то сказал: «Спасительная ложь немногим лучше тридцати сребреников». Поэтому я не врала тебе в детстве и не собираюсь врать сейчас… Да, я ходила к этой ясновидящей. Она сообщила мне: Адам сожалеет, что препятствовал мне заниматься любимым делом. Разумеется, он имел в виду политику и мое участие в выборах. Ясновидящая также сказала, чтобы я продолжала строить свою жизнь, как считаю нужным, и молилась за него. И еще: Адам просил, чтобы я поскорее отдала всю его одежду в благотворительный магазин.
— Вполне разумный совет.
— Думаю, примерно то же я услышала бы от монсеньора Дункана, если бы пришла к нему. Единственная разница, — специально прибавила Нелл, — что Бонни Уилсон передавала мне слова, которые она слышала от Адама.
Дед и Лиз внимательно глядели на нее.
— Понимаю: вам обоим кажется, что я несу чушь. Но когда я находилась у Бонни, я верила каждому слову.
— А сейчас веришь? — настороженно спросил дед.
— Я верю в разумность данных мне советов. Но это, Мак, еще не все. Во время сеанса всплыло имя Питера Лэнга. Честное слово, я не знаю, что и думать, но я поверила Бонни. Она сказала: Адам оттуда предупреждает меня относительно этого человека.
— Знаешь, Нелл, это уже слишком! — не выдержал Мак.
— Возможно. Но смотри, что получается. Адам и Питер Лэнг работали вместе. Адам спроектировал высотное здание, которое должны были построить на месте «особняка Вандермеера». Кстати, Питер мне сегодня звонил. Сказал, что хочет обсудить со мной важный деловой вопрос. Завтра утром мы с ним встречаемся.
— Я думаю, с этим «особняком» не все чисто. Лэнг понапрасну дергаться не станет. А то, что у него рыльце в пушку, я почти уверен. Я наведу о нем справки.
Корнелиус Макдермотт замолчал, раздумывая, поднимать ли за обедом еще одну неприятную тему. Потом все же решился:
— Питер Лэнг — не единственная наша забота. Нелл, ты слышала, что сегодня обрушился фасад дома на Сорок седьмой улице?
— Да. Я смотрела шестичасовой выпуск.
— У нас одной проблемой стало больше. Когда я собирался ехать сюда, мне позвонил Боб Уолтерс. Оказывается, тот дом несколько лет назад реконструировали. Строительными работами занимался Сэм Краузе. Но проект реконструкции делал Адам, который тогда работал в «Уолтерс и Арсдейл». Если вскроются махинации… использование заведомо низкокачественных материалов с одновременной «подмазкой» нужных людей, чтобы закрыли глаза… хуже того, если окажется, что при проектировании расчеты велись по заниженным стандартам… Адам должен был знать об этом… Обломками ранило нескольких прохожих. Один находится в критическом состоянии, и врачи опасаются за его жизнь.